Разве я могу быть счастлив без тебя

 — Мне нужна мазь и много воды, — прошептала она. Видя, что мужчины застыли на месте, девушка повысила голос, забыв о страхе перед мужчинами, — Джеймс! Найди мне мазь и воду! Скорее!

— Джеймс, найди мазь и воду, — сказал Один, — А я останусь здесь.

Не говоря ни слова, Джеймс отправился на поиски необходимых вещей. А, Один застыл около кровати, наблюдая за Евой, которая все же потеряла сознание от боли.

От боли не хотелось открывать глаза. Казалась, каждая клеточка в ее теле ныла. Предательские слезы опять заструились по щекам. Последнее, что Ева помнила, перед тем как потерять сознание, это ледяные глаза Одина. Как же она его боялась!

— Прекрати лить слезы! — донесся до Евы грубый мужской голос, — Здесь некому тебя пожалеть.

Господи! Почему она не умерла? Лучше бы она распрощалась со своей жизнью. Тогда бы она раз и навсегда избавилась от всех мучений. Сейчас же Еве пришлось со страхом открыть глаза, чтобы увидеть Одина, который стоял рядом с кроватью.

Наклонившись еще ближе, Один схватил ее за плечи, и слегка встряхнул.

— Сейчас, я хочу услышать, что ты сделала со своими руками? И для тебя же будет лучше, если ты скажешь правду.

Притянув девушку к себе, мужчина заставил ее сесть на кровати. Ева едва сдержала крик ужаса и страха, ощутив это прикосновение. Она не хотела, чтобы Один трогал ее. Не желала чувствовать его руки на своем теле. Но, его пальцы все сильнее сжимались на ее плечах, заставляя сказать хоть что-то.

Низко опустив голову, Ева прошептала:

— М-моя нога с-сильно заболела, — на секунду запнувшись, она набрала в грудь побольше воздуха, — и я не смогла удержать горячий котел. Прошу вас, простите меня.

Ева услышала, как наигранно тяжело вздохнул Один. Его хватка на ее плечах только усилилась, и теперь он уже грубо сжимал их своими руками.

— Глупая, глупая, — покачал головой Один, — Я же предупредил тебя, не стоит мне врать. Неужели, ты думаешь, что я не выяснил, что произошло? И мне уже доложили, что ты специально схватилась за горячий котел.

В изумление подняв голову, Ева увидела на губах Одина ухмылку, которая казалась совсем не задела его глаз. Ничего не могло задеть его ледяных безжалостных глаз. Ева могла только молить о пощаде. Но Один не собирался заканчивать. Вместо этого он продолжил давить на Еву.

— А также мне поведали, о твоих рассказах, что ты теперь находишься под опекой самого господина замка, — сказал Один, рассматривая девушку.

— Нет! Неправда! Я не говорила такого, — прошептала Ева, отчаянно качая головой, — Прошу вас, поверьте мне.

Она взмахнула руками, желая освободиться от болезненного захвата. Ева совсем забыла о своих ранах, потому что вся боль теперь сосредоточилась в плечах, которые сдавливал мужчина.