Разрушительная игра

Остался месяц свободы – и все.

Я собиралась сделать еще один глоток, но дверь на крышу со скрипом отворилась. Я выпрямилась и изумленно раскрыла рот, когда из-за нее появился Рис. Судя по его бровям, он удивился не меньше моего.

– Что ты здесь делаешь? – спросили мы одновременно.

Я фыркнула:

– Мистер Ларсен, я дома. Только я могу задавать этот вопрос.

– Не думал, что кто-то сюда ходит.

Он присел рядом, и я старалась не замечать, как приятно от него пахнет – аромат мыла в сочетании с его собственным запахом. Чистым, простым, мужественным.

Мы были на крыше одной из северных башен дворца, куда можно попасть только из служебного коридора возле кухни. По сравнению с большой крышей и ее террасным садом эта казалась ничтожной – тут едва хватало места для двух стульев. Но именно поэтому мне здесь нравилось. Мое тайное убежище, куда я убегала, когда хотела подумать и спрятаться от посторонних глаз.

Я допила остатки вина и потянулась к бутылке у ног, но поняла, что она пуста. Я редко столько пила, но нужно было как-то облегчить тревогу, нависшую надо мной в последнее время, словно черное облако.

– Только я. Об этом месте почти никто не знает, – сказала я. – Как ты его нашел?"

"– Я найду что угодно. – Рис ухмыльнулся, и я наморщила нос от его высокомерия. – У меня есть чертежи дворца, принцесса. Я знаю здесь каждый закоулок. Это моя…

– Работа, – закончила я. – Знаю. Можешь не повторять.

То же самое он сказал в кабинете доктора Хаузен. Сама не знаю, почему это так меня раздражало. Возможно, мне на мгновение показалось, что его беспокойство выходит за рамки профессиональных обязанностей. И возможно, на мгновение я могла поклясться, что сама этого хочу. Хочу, чтобы он заботился обо мне не как о клиентке.

Губы Риса изогнулись, прежде чем его взгляд переместился на мой лоб.

– Как синяк?

– Проходит, слава богу. – В том месте, где я стукнулась о ветку, еще оставалась небольшая ссадина, но она выглядела лучше, чем ярко-фиолетовый синяк. – И уже не болит.

– Хорошо. – Он осторожно провел по синяку пальцами, и мое дыхание сбилось. Рис никогда не прикасался ко мне без необходимости, но сейчас необходимости не было. Значит, он этого хотел. – Будь осторожнее, принцесса.

– Ты уже говорил.

– Я буду повторять это, пока не вобью тебе в голову.

– Поверь. Эта информация уже в моей голове. Как иначе, если ты продолжаешь меня пилить?

Несмотря на ворчание, я находила в его недовольстве странное утешение. В мире, где все менялось так быстро, Рис чудесным образом оставался самим собой, и я хотела, чтобы так было всегда.

Его рука еще на мгновение задержалась на моем лбу, прежде чем он отстранился, и в мои легкие вернулся кислород.

– Итак. – Рис откинулся назад и убрал руки за голову.