Разрушительная игра

Я внесу предложение на следующей сессии парламента, – угрюмо сказал он.

– Отлично. – Бриджит поднялась с места. – Люблю продуктивные встречи. Мистер Ларсен, ничего не хотите добавить?

Я посмотрел на Эрхолла. Хотя некоторые его поступки изрядно бесили, в целом моя ненависть к отцу сменилась безразличием.

Какой бы властью надо мной он ни обладал, она исчезла.

– Я всю жизнь пытался представить, кто ты, – сказал я. – Ты был решением, безвозвратно изменившим две жизни, чудовищем, которое превратило в чудовище мою мать. Я мог давным-давно узнать, кто ты, но предпочел этого не делать. Я объяснял это тем, что боюсь убить тебя за содеянное, – Эрхолл вздрогнул и отодвинулся еще на сантиметр, – но на самом деле я боялся столкнуться с призраком, который преследовал меня всю жизнь, хоть я и не верю в призраков. Какой он, человек, который технически является частью меня? Как он отреагирует, когда узнает, что я его сын?

У Эрхолла на подбородке дернулся мускул.

– И вот я наконец с ним встретился, и знаешь, что я понял? – Я посмотрел ему в глаза. И почувствовал лишь апатию. – Он не чудовище. А печальный, жалкий человечишка, слишком трусливый, чтобы отвечать за последствия своих действий, и я потратил впустую десятки лет, предоставляя ему больше власти над своей жизнью, чем он заслуживал. Так что нет – мне не нужны и никогда не понадобятся ни твои деньги, ни титул, ни какие-либо отношения. Для меня мой отец мертв. Он умер, когда ушел тридцать четыре года назад.

Эрхолл вздрогнул, когда я встал, отбросив тень на его сгорбленную фигуру. Я кивнул:

– Всего хорошего, господин спикер.

Мы с Бриджит прошли полпути к двери, когда он сказал:

– Браки по договоренности заключают не только члены королевской семьи, мистер Ларсен. Людей заставляли вступать в браки без любви задолго до рождения ее высочества.

Я замер и обернулся, встретившись с Эрхоллом взглядом. Я заметил еще одну вспышку сожаления, но этого было недостаточно. Учитывая, что он сделал с Дейдре и что сделал со мной. Из-за сделанного им выбора ему не было никакого оправдания.

Вместо ответа я направился к выходу и оставил его в одиночестве за дверями огромного, холодного кабинета.

Бриджит дождалась, пока мы зайдем в лифт, подальше от любопытных ушей и глаз ассистентки Эрхолла, и лишь потом заговорила.

– Нам нужно участвовать в конкурсах ораторского мастерства, – сказала она. – Победа обеспечена.

В моему горле заклокотал смех. Тяжесть в груди ушла.

– Далось непросто. Я не любитель произносить речи.

– Ты хорошо справился. – Бриджит сжала мою руку, и прикосновение выразило больше любых слов. В ее глазах загорелся озорной огонек. – Я думала, Эрхолл лопнет. Представь, если бы мы упомянули еще и Андреаса.