Разрушители

– О высокий господин, – жалостливо запела она, не спеша, впрочем, приближаться, – можно ли нам напиться из вашего источника?

– Можно. Но учти – я там мылся.

Островитяне уже не слушали, они ринулись к бассейну и, орудуя всевозможными емкостями, предприняли попытку вычерпать его до дна. Воду пили, покуда влезало, наливали в самодельные мехи и битые кувшины, уносили в плошках. Я думал, они всю эту яму опустошат. Нет, не осилили – выдули только половину.

– Прошу прощения за манеры моих друзей… э-э… – воспрянул духом незадачливый переговорщик. – Дождей давно не было, а приближаться к городским резервуарам очень опасно как бы.

Я кивнул, вспомнив разделанный труп.

– Большая удача найти питьевую воду в таких количествах, кхм. Боги вам благоволят!

Островитянин оглядел слегка взбаламученный бассейн с вожделением. Хорошо, что мне вчера не пришло в голову туда помочиться – сейчас бы от стыда помер. В принципе вода тут под каждым домом, наверное, подвалы специально так устраивали. Но вот без Разрушителя ею не воспользуешься.

– Возможно, я еще найду. Обращайтесь!

От такой немыслимой щедрости островитянин просто дар речи потерял.

– Ох да, позвольте представиться – Лекор как бы. Я тут… э-э… предводительствую общиной, вот.

– Очень приятно, Зазу.

– О… Так вы с материка?

Неугомонная девчонка, услышав новость, принялась прыгать по двору, приговаривая:

– Дикий, дикий, дикий!

Я только плечами пожал – это еще надо разобраться, кто тут дикарь.

– Прошу простить поведение Ио. – Лекор безуспешно пытался поймать нахалку. – Девочка растет сиротой, не имея достойного примера.

Проще говоря – шпана, она шпана и есть. Я спустился вниз прямо по стене (для хорошего вора тут как лесенка), чтобы рассмотреть гостей с более удобного ракурса. Лекор был высоким, тощим и каким-то неправильно изогнутым. Кожа в его присутствии неприятно зудела (очевидно – маг). Прочие островитяне выглядели проще, у полуодетых личностей бросалось в глаза обилие физических недостатков. На материке такие мгновенно загремели бы в шудры, здесь же общество употребляло их иным способом (снова пришел на ум разделанный труп).

– Наверное, вам не интересны наши порядки, – с сомнением пробормотал Лекор, оценив мой рост, ширину плеч и комплекцию.

Ио перестала дразниться.

– Напротив, очень интересны! Например, что тут едят?

Оказалось, островитяне ели рыбу, сырую. Ну и всяких морских гадов. Добычу собирали на берегу, потому что иметь лодки обитателям руин не полагалось, а за попытку рыбачить в заливе можно было жестоко поплатиться. В пищу шло все, остатки сушили на солнце, несъедобное – тоже сушили и продавали как топливо в обмен на тряпки и полугнилые фрукты, якобы растущие в садах, расположенных где-то на вершине скал.