Разрушители

Им надо больше общаться…

Интересно, с кем, если люди к Пограничным Стражам даже приближаться боятся, а повелитель Россанги своими обязанностями манкирует?

– Да не волнуйтесь вы так, мастер Ребенген! – снизошел молодой Лорд. – Придумаем что-нибудь.

«Придется верить на слово».

– Пойдемте, осмотрим место трагедии, – вздохнул маг.

Долго искать не пришлось – теплый ветерок разносил по окрестностям характерный запах, густой аромат бойни. Все верно: лето, может, и не началось, но зима точно кончилась – впитавшаяся в землю кровь начала тухнуть. Маги умерли в двух шагах от поляны, среди ничем не примечательных деревьев на истоптанной сапогами земле. Запечатлевая следы магических эманаций, Ребенген невольно прикасался к последним переживаниям умерших. Остро ранили недоумение и обида, сопровождавшие в последний путь Кейза – покойный командир искренне не понимал, что нашло на его подчиненных. Пятно бурой грязи полыхало болью агонии – похоже, расчленяя Баренса, Пограничные не озаботились проверить пульс.

И чего Ребенген с ними носится? Если бы не государственные интересы, всех бы лично притравил.

Чародей прошелся по округе, напряженно прислушиваясь к своим ощущениям. Было здесь что-то еще, почти рассеявшееся от времени, почти неуловимое… Хлопья черной сажи на траве, тающее эхо еще одной смерти. Он решительно вернулся на поляну и подергал за рукав первого попавшегося бойца.

– Где третье тело? – Воин поднял на мага до изумления невинные глаза. – Ваш мертвец, говорю, где?

– В сарайчике, – юношеским тенорком ответил Пограничный.

Придав лицу выражение предельной сосредоточенности и целеустремленности, Ребенген направился в самое сердце владений отмороженной банды.

«Нет, несправедливо. Мы сами превратили их в живое оружие, а теперь не знаем, как с ним обращаться. Если Баренс спровоцировал бой, его могли задавить на одних рефлексах – не всякий понимает, как сильно меняются Пограничные, попав в атмосферу схватки. С другой стороны, непонятно, почему били Кейза».

Дровяной сарай пропитался горьковатым смрадом пожарища, Марвин потянул носом и предпочел дожидаться мага снаружи. А Ребенген вошел, не сразу обнаружив в углу скрюченное и небрежно прикрытое одеялом нечто. Обычно Пограничные хоронят своих мертвецов до заката (если это можно назвать похоронами), такое поведение в них вбивают накрепко, но прожаренному до сухарей покойнику превращение в н’нода не грозило, и о нем попросту забыли.

«Они что, так и спали здесь?»

Маг аккуратно приподнял край одеяла – действие боевого заклинания налицо.

«Про неудачную шутку или неаккуратность можно забыть – наших одолели после упорного сопротивления.