Разрушители

 – Он поднял руку на нашего младшего брата! Мы заставим его пожалеть!

– Мы – семья. – По лицу человека катились слезы. – Мы – вместе. Мы заставим их пожалеть.

Обезьяна коснулась лапкой мокрой щеки и печально вздохнула.

Имеет в своем составе королевские земли и четыре провинции:

цех Бытового Волшебства;

Удача – это такая штука, которую боги дают, не спрашивая разрешения и за свою цену.

Отшумели зимние ливни. Небо расчистилось, и началась череда тихих морозных утренников, обычная погода для этого сезона. Гатанга, столица королевства Арконат, жила ожиданием весеннего половодья. Солнцестояние выдалось «белым», снега выпало на два пальца, и таять он не спешил, что заставляло самых предусмотрительных горожан готовиться к потопу.

В северных провинциях Арконата царили вьюга и волки, в южных – люди, что страшнее волков. Слухи о нашествии демонов всколыхнули Тирсин и Лосальти, заставили людей срываться с места, метаться без цели, и это притом что сами чудовища показываться не спешили. Не пойми откуда на дорогах появились многочисленные и хорошо вооруженные банды, грабившие всех подряд и норовившие проникнуть на территорию королевства. На границе провинции Шоканга они получали суровый отпор, а вот Дарсания, деморализованная гибелью сразу двух своих Лордов, оказывалась легкой жертвой для лихих людей. Арконийский орден магов вынужден был взять на себя управление провинцией.

Как это хлопотно и беспокойно.

Молодая волшебница каблуком раскрошила корочку льда, затянувшую поверхность лужи. Хлопот ей хватало и без далеких абстрактных тирсинцев: этой осенью преподаватель зоологии, мэтр Чомпен, неожиданно куда-то съехал, и весь его многочисленный зверинец остался на попечении учеников. Мэтрис Фаина любила кошек и спокойно относилась к мышам, но вот принадлежавшую учителю коллекцию тараканов переносила с трудом. Подробных инструкций Чомпен тоже не оставил, поэтому о том, как следует обращаться с самыми экзотическими экземплярами, приходилось узнавать из книг.

Задумавшись о своем, чародейка налетела в дверях библиотеки на что-то, что от неожиданности приняла за шкаф. Или за матрас, потому что – мягкое. Ни всплеск эмоций, ни искристая теплота ауры не предупредили ее о приближении этого человека. Только хищный холодок на коже. Черно-красный эмалевый кулон с изображением скалящегося дракона тоже не способствовал душевному равновесию. Человек подхватил покачнувшуюся волшебницу, сердце пронзил укол необъяснимого страха. Потом мурлыкнуло добродушное «мэм?», человек спустился на ступеньку ниже, и стало видно его лицо, улыбку, чуть насмешливый изгиб бровей. Мэтрис Фаина почувствовала, что краснеет, и, не извинившись, заторопилась прочь, начисто забыв, куда именно только что направлялась.