Разрушенный дворец

Но ничего из этого никогда не случится, и, наверное, сейчас самое время, чтобы Рид наконец понял, какие большие у него проблемы.

Он может сесть в тюрьму.

Но я не хочу делиться с ним своими невеселыми домыслами, поэтому беру его за подбородок и поворачиваю его голову к себе. Наши губы встречаются в нежном, медленном поцелуе, а потом мы прижимаемся друг к другу лбами.

На этот раз он не пытается выдавить из себя улыбку и убедить меня, что все будет хорошо. И я делаю это за него.

– Мы справимся, – объявляю я с уверенностью, которой совершенно не чувствую.

Он лишь кивает в ответ, а потом показывает рукой на витрину пекарни.

– Тебе пора, а то опоздаешь на работу.

– Не переусердствуй с силовыми упражнениями, хорошо?

На этой неделе доктор Рида разрешил ему тренироваться, но с некоторыми ограничениями. Хоть ножевая рана и заживает, ему, по словам доктора, следует быть осторожнее и не перенапрягаться.

– Не буду, – обещает Рид.

Быстро поцеловав его, я выпрыгиваю из машины и несусь к «Френч-Твист».

Войдя в кухню, замечаю, что моя начальница уже месит тесто. Почти вся серая поверхность столешницы из нержавейки покрыта мукой. За Люси громоздится груда мисок, которые нужно вымыть.

Я вешаю на крючок пальто и закатываю рукава, когда она наконец замечает меня.

– Элла, ты здесь. – Люси сдувает со лба прядь волос.

Но непослушный локон снова падает, мешая ей видеть меня.

– Я здесь, – весело отвечаю я, хотя это ее «ты здесь» скорее похоже на предупреждение, чем на приветствие. – Сначала я помою посуду, а потом вы скажете мне, что делать дальше.

Я торопливо подхожу к раковине, словно это занятие убережет меня от плохих новостей.

Люси выпрямляется и вытирает ладони о фартук.

– Думаю, нам лучше поговорить.

Мои плечи напрягаются.

– Это из-за Рида? – В моем голосе звучит паника. – Он этого не делал, Люси. Клянусь!

Она вздыхает и потирает подбородок. Облако кудряшек, обрамляющих ее лицо, делает мою начальницу похожей на встревоженного ангела.

– Нет, это не из-за Рида, милая, хотя не стану отрицать, что вся эта ситуация мне не нравится. Возьми себе чашечку кофе и какую-нибудь булочку, и мы присядем.

– Нет, спасибо, и так сойдет.

Что толку оттягивать неизбежное? Кофе не сделает наш разговор более приятным.

Люси недовольно поджимает губы, но мне не хочется облегчать ей задачу. Согласна, что оставила ее в трудном положении, когда бесследно исчезла несколько недель тому назад, но я вернулась и с тех пор не пропускала ни дня работы. Никогда не опаздывала, хотя моя смена начинается в пять утра и мне приходится вставать с восходом солнца.

Скрестив руки на груди и прислонившись к раковине, я жду.

Люси подходит к кофе-машине и бормочет что-то про то, что чувствует себя человеком только после как минимум трех кружек кофе.