Разреши себе меня

- Мам, пока мне только ты помогаешь. И дома я себя спокойнее чувствую. Они у меня там медведя забрать пытались. - Он расстегнул рюкзак и вытащил потрепанную игрушку с примятыми ушами.

Я так понимаю, это было последней каплей, почему ребенок и сбежал. Что за врачи пошли? Ничего не понимают в колбасных обрезках. Я только вздохнула и поцеловала сына в вихрастую рыжую макушку.

Где-то рядом заиграл мой телефон. Нашла на полке свою сумку, вынула вопящий гаджет, секунду подивилась незнакомому номеру и ответила.

- Алло.

- Свет, это Игорь. - Раздался в трубке смутно знакомый мужской голос.

- Кто? - Не поняла я.

- Ну, Гоша. Я вместе с Дубом работаю.

- Ааа. Привет. Чего звонишь? - Вспомнила я парня.

-Свет, ты только не волнуйся. - Быстро проговорил он, а у меня внутри похолодело.

- Что с Лешкой? - Быстро спросила, прерывая его лепет.

- Пулевое ранение. Но он в бронике был. Мы сейчас в первом военном госпитале. Пулю уже достают, так что....

- Сын, вызывай такси. - Попросила я Левку, тот стоял рядом и слышал весь разговор.

Одевалась я со спринтерской скоростью: легинсы, легкая туника, балетки. Так, схватить сумку, выскочить из дома. Левка выбежал следом, закрыв дверь.

Такси уже стояло у подъезда, поэтому тратить дополнительные минуты на ожидание не пришлось. Пока ехали, у меня внутри все узлом завязывалось, и даже затошнило от напряжения.

В процедурный кабинет я влетела так и ни кем не остановленная. Еще бы, тот медбрат, который попытался, уверена, до сих пор корчился на бетонном полу коридора. Левка где-то отстал по пути. Ничего, большой уже мальчик, справится.

Леха с голым торсом сидел на кушетке у окна и слегка морщился, когда хирург шил что-то на спине, ближе к правому плечу. Вся грудь у него была в кровавых разводах, что не добавляло ему здорового вида. Рядом стоял Гошка и еще парочка сослуживцев в полном облачении. Группа поддержки что ли?

- Света? - Дубенков удивленно на меня посмотрел, едва я вбежала в кабинет, а у меня от облегчения, что живой и в сознании, ноги подкосились.

И затошнило еще сильнее. И резь в животе такая, что согнуло пополам. Меня Левка успел со спины схватить, чтобы только головой не ударилась. Краем глаза увидела, как Леха сорвался с места, распихивая парней, рвя незакрепленную хирургическую нить, и подбежал ко мне. Подхватил на руки.

- Где больно? - У него даже голос сорвался.

- Живот болит. - Пожаловалась я. Потом вспомнила, что он вроде, как ранен, и тут же потребовала. - Поставь меня!

- Что здесь происходит? - Раздался зычный голос от двери."

"- Моей жене плохо стало. - Леха не дал мне ничего сказать. - Живот заболел.

- Хм. - К нам подошел статный худощавый мужчина с военной выправкой, но в медицинском халате. - Вы даму то определите на кушетку, - вежливо попросил он, надевая на руки латексные перчатки.