Разреши себе меня

- Где наркота, Петенька?

Как бы не владел собой арендатор помещения, а взгляд на стену метнул. Пусть мимолетный и из под ресниц, но я засек.

- Там. - Ткнул я пальцем в картину, хранившую за собой запрещенные вещества.

Он даже сейф не поставил. Просто нишу сделал и там хранил коробочки запрещенного в нашей стране препарата.

- Ты знаешь, что это? - вкрадчиво спросил схваченного дегенерата капитан.

- Вы ничего не докажете? - Снова завел свою волынку Ложкарев.

Я просто встряхнул трансвестита за шкирку и пропел на ухо:

- Ты продал наркоту моей женщине, поэтому если каким-то чудом сможешь выкрутиться, я тебя сам найду и переломаю каждую косточку в твоем теле. Настоятельно советую тебе сесть самому. - Закончил я вкрадчивым шепотом.

Ложкарев рванул от меня оставляя в моих руках воротник белого халата и практически повис на Гошке, цепляясь за того руками и ногами.

- Я все подпишу. Уберите от меня этого психа.

- Я, в отличие от некоторых, в женскую одежду не переодеваюсь. - Обиделся я.

В отделении он давал показания под моим личным присмотром и ежился от одного моего взгляда. Это вам не гадость толкать несведущим барышням. Сдал и Хлопкова со всеми потрохами. Допрыгался чувак.

- Чем ты его так напугал? - Спросил Кириллов, едва Ложкарева увели.

- Все его платья пообещал выбросить, - отшутился я, но мне от чего-то никто не поверил.

А ближе к вечеру позвонила мама.

- Сын, Вы не забыли о том, что должны присутствовать на балу в честь вашего дня рождения? - И столько пафоса было в голосе родительницы....

- Элоиза Кузьминична, а вы не забыли, что двадцать первый век на дворе, а ты все из себя аристократку строишь?

- Да как ты смеешь? - Раздалось из трубки.

- Мама, мне насрать, веришь, нет? Приду туда только ради отца и Левки. - По-детски огрызнулся я.

- Ничего не знаю. Там будет несколько приличных девушек, так что будь добр быть хотя бы в костюме.

- Вот этого не обещаю. - Я вдруг задумался о том, что синяя борода не такая уж и плохая идея. - Но буду с женщиной.

- Кто она? - Как-то испуганно спросила маман.

- Моя женщина. Так что попробуй ей не хамить. Она очень вспыльчива.

- Нашел себе плебейку под стать? - Вот неугомонная особа.

- Нашел. Так что до пятницы переваривай эту мысль. - Съязвил я и отключил телефон.

Блин, вот повезло мне с матерью, нечего сказать. Она умудрилась залететь от отца, когда тому едва исполнилось семнадцать и по законам партии ему очень рекомендовали жениться. В то время то, что у тебя «голубая кровь» приходилось скрывать, но семья не бедствовала. В девяностые вообще получилось за копейки выкупить фамильную недвижимость.