Разреши мне любить

Тут и аквапарк и бассейнами и горками и батутный пар и еще сотня аттракционов, которые я раньше не видела.

– Ничего себе! – восклицаю я, вмиг потерявшись в этом море развлечений.

– Хочу туда!.. – вскрикивает Ромка, указывая рукой на электрические машинки.

– Идем, – сразу соглашается его отец.

Сначала машинки, потом лошадки и стрелялки мягкими шариками. Затем еще горки, качели и игры с аниматорами.

В итоге нам удается увести мальчишек оттуда только к восьми вечера. Оба расстроенные они сидят в своих креслах, надув губы.

– Мы приедем сюда еще! – обещаю я, глядя на них по очереди.

– Неть! – бросает Арсений, отворачиваясь.

Я смотрю на Лешу, он в зеркало заднего вида – на своих сыновей. Губы изогнуты в довольной улыбке. Мое сердце сбивается с ритма, как и всякий раз, когда я вижу его любовь к ним своими глазами.

– В гости поедем? – спрашивает вдруг, на что сзади тут же доносится дружное «да».

– В гости?.. – напрягаюсь мгновенно,– К кому?

– К моим родителям заедем.

– Что?.. К родителям? Вот так?..

Застыв в шоке, я чувствую, как мои мышцы наливаются свинцом, и пересыхает в горле.

– Как «так»?

Я поворачиваю голову и пытаюсь перехватить взгляд Лешки. Неужели он не понимает, что от волнения я сейчас грохнусь в обморок?!

– Без предупреждения.

– Маму я предупредил.

– А меня?

– Зачем? – усмехается он, – Чтобы ты успела накрутить себя, как в прошлый раз с Настей?

– Я бы успела подготовиться! – возражаю с жаром.

– Как?

– Морально, Леш!..

– Вот поэтому и не предупредил.

Но это уже не важно. Я успеваю довести себя до тихой истерики за те пятнадцать минут, что мы едем до дома его родителей.

– Что ты им рассказал? – спрашиваю, когда его машина въезжает во двор дома.

– Необходимый минимум. Что мы расстались, и ты уехала заграницу, – смотрит на меня, – Остальное расскажешь сама, если захочешь. Укол вины и смешанное с ним чувство благодарности обжигают щеки.

– Спасибо.

Это обычная девятиэтажка в одном из спальных районов и самая обычная квартира.

– Здравствуйте, – шепчу осипшим голосом, протискиваясь в узкую прихожую вместе с детьми.

– Анна Константиновна и Николай Михайлович, – говорит Лешка и представляет им нас, – Варя, Арсений, Роман.

Арсенька, напуганный незнакомыми людьми и новой обстановкой, хватается за ладонь отца, и уже в следующую секунду оказывается у него на руках. Ромка обнимает мою ногу.

Их бабушка, моложавая женщина с глазами как у Насти, сначала хватается руками за грудь, а потом осторожно касается руки Арса.

– Привет, мой хороший!..

– Пивет, – отвечает тихо и утыкается лицом в плечо отца.

Николай Михайлович, присев на корточки, здоровается с Ромкой.

– У нас теперь два Романа? – смеется тихо.