Разоблаченный любовник

 — Великолепно… Почему бы мне не показать вам ваш кабинет.

Вернувшись из спальни наверху, которую она отдала директору, Марисса подошла к ноутбуку, зарегистрировалась на сайте, предоставляющем список услуг города Колдвелл, и начала искать продаваемую недвижимость.

Но совсем скоро она перестала обращать внимание на экран. Бутч превратился в постоянное давление в груди, невидимый вес, мешающий дышать. А если она не была занята, воспоминания поглощали ее.

— Госпожа?

Она подняла глаза на доджена Безопасного Места.

— Да, Филиппа?"

"— Хэйверс передал нам дело. Женщина с сыном прибудут сюда завтра после того, как состояние младенца стабилизируется, но историю болезни, взятую у медсестры, отошлют вам по электронной почте в течение часа.

— Спасибо. Вы приготовили для них комнату на первом этаже?

— Да, госпожа. — Доджен поклонилась и ушла.

Итак, Хэйверс сдержал слово, не так ли?

Марисса нахмурилась: чутье подсказывало, что она упускает что-то. По какой-то причине в голове возник и не исчезал образ Хэйверса… вот что все омрачало.

Из ниоткуда, она услышала свой голос, говорящий Бутчу:

— Я не стану спокойно сидеть и смотреть, как ты разрушаешь свою жизнь.

Боже. То же самое сказал ей брат, когда выгнал из дома. О святая Дева-Летописица, она поступила с Бутчем именно так, как с ней поступил когда-то Хэйверс: изгнала под благородным предлогом разумного неодобрения. Но на самом деле, не спасала ли она в первую очередь себя, от постоянного чувства страха и потери контроля, потому что любила его?

Но не искал ли он своими действиями смерти?

Она вспомнила, как Бутч столкнулся лицом к лицу с лессером на лужайке перед домом Главы: он был осмотрителен. Осторожен. Не безрассуден. И двигался он со знанием дела, а не просто размахивал руками в глупом неистовстве.

«О… черт», — подумала она. Что, если она была неправа? Что, если Бутч мог бы сражаться? Что, если он должен сражаться?

Кроме того, а как же Зло? Омега?

Хорошо, Дева-Летописица появилась, чтобы защитить Бутча. И он все еще был… Бутчем после того, как Омега исчез. Что, если…

Послышался стук, и она вскочила на ноги.

— Моя королева!

Бэт улыбнулась с порога и подняла руку в жесте приветствия.

— Привет.

Мысли Мариссы путались, она присела в реверансе, от чего Бэт с усмешкой покачала головой.

— Интересно, ты когда-нибудь прекратишь это?

— Вероятно, нет… Это побочный эффект моего воспитания.

Марисса попытался сосредоточиться.

— Ты… Ах, ты пришла посмотреть, что мы сделали за последнее…

За спиной королевы появились Бэлла и Мэри.

— Мы хотим поговорить с тобой, — сказала Бэт. — И речь пойдет о Бутче.

Бутч шевельнулся в своей постели. С трудом разлепил глаза. Увидев, сколько время, выругался. Он проспал. Вероятно, потому что вчерашняя ночь была довольно тяжелой.