Разоблаченный любовник

 — Он поймал ее, когда она отвернулась, и снова развернул к себе. — Будь там осторожна.

— Буду.

Он глубоко поцеловал ее, руками обняв стройное тело. Черт, он не мог дождаться, когда она вернется. Он начал скучать, как только она ушла.

— Я полный придурок, — сказал он, когда захлопнулась дверь."

"— Я же говорил. — Ви поднялся со скамьи и взял пару одноручных гирь. — Связанные мужчины — это что-то.

Бутч покачал головой и попытался сосредоточиться на том, что он еще хотел сделать в спортзале этой ночью. Последние семь дней, когда Марисса уходила на свою новую работу, он оставался в лагере и учился управлять телом. Кривая обучения шла в гору. В самом начале, ему пришлось заново учиться самым простым функциям, например, как есть или писать. Хорошая новость в том, что все работало. Ну, почти все. Одна его рука была в маленьком беспорядке, но ничего серьезно.

А клыки были изумительны.

Как и сила с выносливостью, которыми он теперь обладал. Неважно, как сильно он выматывал себя в спортзале, тело принимало наказание и отвечало вдвойне. На трапезах он ел как Рейдж и Зед, сметая, почти, пять тысяч калорий ежедневно… и все равно оставался голодным. Что было логично. Он был упакован мускулами, будто принимал стероиды.

Но оставалось два вопроса. Мог ли он дематериализоваться? И вынесет ли он солнечный свет? Ви предложил отложить их на месяц, и он согласился. В это время и так было о чем позаботиться.

— Ты не уходишь, да? — спросил Ви, отвернувшись от бицепса, над которым работал. В каждой его руке был вес примерно в двести семьдесят пять фунтов. Сейчас Бутч тоже мог поднять их.

— Не, соки еще бродят. — Он подошел к эллиптическому тренажеру и взобрался на него, встав в полный рост.

Черт, говоря о «соках»… он помешался на сексе. Каждый раз, как Марисса входила в его спальню в Яме, он не мог удержать свои руки вдали от нее. Ему это не нравилось, он даже пытался скрыть эту нужду, но она всегда знала, когда он хотел ее, и никогда не отказывала, даже если кончал только он.

Похоже, она на самом деле получала удовольствие от сексуального контроля, которым над ним обладала. Как и он.

Боже, он снова становится твердым. Нужно было только подумать о ней — и он опять готов, даже если занимался сексом четыре или пять раз за день. Но секс приносил такое удовольствие не потому, что он нуждался в освобождении. А из-за нее. Он хотел быть с ней, внутри нее, вокруг нее: не секс ради секса, а… хм… занятия любовью. С ней.

Черт, он был полным гребаным придурком.

Но, черт, с чего ему возмущаться? Это была лучшая неделя во всей его жалкой жизни. Ему и Мариссе было так хорошо вместе… и не только в постели. Помимо тренировок в спортзале, он тратил много времени, помогая ей с программой социальной помощи, и общая цель только сблизила их.