Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Как этого удалось избежать матери? Как она пережила потерю своего ребенка?

А ведь Одель потеряла даже двух. Сначала Джени. Потом Буча. Слава богу, ее разум постепенно угасал. Избавление от плохих воспоминаний – тоже дар небесный.

Джойс погладила Шона по шелковистым темным волосам и осознала, что ее мать даже не смогла попрощаться с Джени. Тело было слишком изуродовано, чтобы оставлять гроб открытым, и Эдди О’Нил, как отец, опознавал дочь в морге.

Боже, в то ужасное осеннее утро, если бы Буч сразу же прибежал в дом и сказал взрослым, что Джени только что уехала… может быть, ее бы спасли. Джени не разрешали садиться в машины с мальчиками, и все это правило знали. И Буч знал. Если бы только…

Черт! Муж все-таки прав. Вся семья ненавидела Буча. Неудивительно, что он переехал и почти не появлялся.

Засопев, Шон приоткрыл рот и ослабил ручки. Но затем снова дернулся и проснулся, возвращаясь к процессу сосания.

Кстати, об исчезновении… Боже праведный, мать ведь и с Бучем не попрощается. Моменты ее просветления все реже и все короче. Даже если Буч появится в это воскресенье в церкви, мать может его не узнать.

Джойс услышала, как по ступенькам неторопливым шагом поднимается муж.

– Майк, – позвала она.

В дверях появился мужчина, которого она любила и за которого вышла замуж. У него начал расти животик, свойственный среднему возрасту, а на макушке стали выпадать волосы, хотя ему было только тридцать семь. Но, глядя на него сейчас, Джойс увидела мужа молодым. Спортсмен. Друг ее старшего брата Буча. Футболист-сорвиголова, по которому она сходила с ума не один год.

– Извини, что я так взбесилась.

Он слегка улыбнулся.

– Это легко объяснить. Я тебя понимаю.

– Ты прав. Да, Буча нужно было пригласить. Я просто… я хочу, чтобы ничто не омрачило день крещения, понимаешь? Ничто. Это начало пути для Шона, и я не хочу никакой тени. Буч… он несет в себе тень, атмосфера накалится, учитывая состояние мамы, и я не хочу в это ввязываться.

– Он сказал, что придет?

Она вспомнила их разговор. Забавно, но его голос совсем не изменился. У брата был необычный голос – хриплый и сухой. Словно его горло деформировалось. Или он недоговаривал чего-то?

– Он сказал, что рад за нас. Поблагодарил тебя за звонок. Сказал, что надеется, мама с папой в порядке.

Ее муж опустил глаза на Шона, который опять провалился в сон.

– Буч ведь не знает, что ваша мать больна?

Сначала, когда Одель просто стала страдать забывчивостью, Джойс и ее сестра решили подождать, пока они точно не узнают, в чем дело, а потом только оповестить Буча. Но это было два года назад. Теперь они уже знали диагноз. Болезнь Альцгеймера.

Одному Богу известно, сколько осталось их маме. Болезнь последнее время сильно прогрессировала.