Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Больно, но это даже хорошо – боль придавала ему сил, фокусировала на главном. Ван развернулся и ударил ногой, словно гирей, прикрепленной к стальной цепи. Лессер упал и распростерся на полу. Ван запрыгнул на него и скрутил, загнув за спину одну руку так, что в плече и локте захрустели суставы. Еще чуть, и Ван вырвет руку из…

Лессер изловчился и пнул Вана коленом в пах. Быстрая смена позиций, и вот уже Ван лежит на спине. Затем они снова перекатились и вскочили на ноги.

Бой продолжился – никакого ограничения повремени, никаких передышек, – они били друг друга изо всех сил. Это было чудесно. Ван чувствовал, что может продолжать так часами, неважно, каким избитым окажется его тело потом. Словно внутри у него был мотор, движущая сила, которая не может иссякнуть из-за утомления или боли, как бывало раньше.

Когда наконец наступила передышка, прием с опрокидыванием стал для Вана… типа лазейки, что ли. Оба не уступали друг другу в силе, но Ван был в этом деле мастером и увидел возможность победить. Он пнул лессера в живот, целясь в печень, – удар, который заставил бы человеческое существо наделать в штаны. Затем поднял своего противника и ударил об пол. Когда Ван сел на него верхом, кровь заструилась из ран лессера вокруг глаз, словно слезы… черные слезы.

Этот цвет совершенно выбил Вана из колеи, и второй лессер, воспользовавшись моментом, повалил его на спину.

Но на сей раз ничего у него не выйдет. Ван сжал кулак и протаранил висок противника с силой, достаточной, чтобы выбить из него дух. Затем быстрым движением сбросил его с себя, оседлал и повторил удар, потом снова, снова и снова, колотя по черепу, пока кость не стала мягкой. Но Ван продолжал и продолжал, придерживаясь задания, пока все лицо лессера не деформировалось, голова не стала пустым мешком, сам же он – мертвецом, да еще каким.

– Прикончи его! – крикнул с боковой линии Ксавье.

Часто дыша, Ван поднял глаза.

– Я только что это сделал.

– Нет… прикончи его!

– Ты должен знать! – Бледные глаза Ксавье зловеще сияли от отчаяния, – Ты обязан!

Ван не был уверен, сможет ли он сделать этого парня еще более мертвым, но схватил лессера за уши и повернул голову так, что затрещала шея. Затем отпустил. Хотя Ван утратил сердце, которое могло бы биться, легкие его горели, а тело стало приятно расслабленным после напряжения… вот только слабость не задержалась надолго.

Ван начал смеяться. Сила уже возвращалась к нему, вливаясь из неведомого источника, как если бы он и ел, и спал, и восстанавливался несколько дней.

Послышался топот тяжелых ботинок Ксавье. Форлессер в бешенстве приблизился к Вану.

– Я велел тебе прикончить его, черт побери!

Проклятье. Надо же этому Ксавье испортить самый момент…

– Думаешь, он убежит?

Ксавье затрясся от ярости и вынул нож.