Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Он погнался за лессером, который уже собирался войти в дом, но вдруг тварь, услышав его приближение, обернулась.

Лессер лишь раздраженно посмотрел на бегущего к нему Буча.

– Подкрепление. Как раз вовремя.

– Внутри две вампирши. Блондиночка очень шустрая, так что я – за ней…

Буч схватил лессера за шиворот и зажал, словно в тисках, сдавив тому плечи и голову. Будто укрощал скакуна на родео. Убийца пришел в дикую ярость и вывернулся, пытаясь схватить Буча. Когда это не сработало, тварь изо всей силы впечаталась вместе с ним в стену, промяв алюминиевую облицовку.

Буч по-прежнему держал лессера, сдавив предплечьем его живот, а другой рукой отталкивая напрягшееся запястье. Для лучшего захвата он обвил ногами бедра убийцы, скрестил их и с силой сжал.

Это заняло некоторое время, но удушье и напряжение все равно заставили нежить замедлить движения.

Но, черт побери, когда колени лессера, казалось бы, начали подгибаться, Буч вдруг узнал, как чувствует себя шарик в бильярд-автомате. Его чуть не вышвырнуло наружу, затем ударило о проем входной двери, а сейчас они оба переместились в тесный коридор, где Буча бросало взад и вперед. Мозги Буча переворачивались в черепушке, а внутренние органы напоминали яйца всмятку, но, черт побери, он не сдастся. Чем дольше он этого лессера продержит, тем больше шансов у женщин…

О черт, пришел черед карусели. Мир перевернулся, и Буч первым упал на пол, а лессер вскарабкался на него сверху.

Не самое выгодное положение. Теперь уже он не может дышать.

Буч выкинул вперед ногу, уперся в стену и выскользнул из-под извивающегося на нем тела. К сожалению, мерзавец тоже извернулся, и они вдвоем покатились по безвкусному оранжевому ковру. В конце концов Буч выбился из сил.

Почти без усилия убийца перекатился на него, оказавшись лицом к лицу, затем скрутил его, полностью обездвижив.

Так… теперь бы самое время появиться Ви.

Но лессер вдруг вгляделся в него, и они встретились взглядами. Мир вокруг замедлился. Затормозил. Остановился. Замер.

Их снова сжало тисками, но теперь это был поединок взглядов, и хотя Буч лежал под огромной тушей, владел ситуацией он. Лессера словно загипнотизировали, и Буч отдался на волю инстинктов.

Он открыл рот и стал медленно вдыхать.

Но не воздух. Он вбирал в себя убийцу. Всасывал его. Поглощал. Как тогда, в переулке, но теперь никто не остановил этот процесс. Он продолжал втягивать нескончаемый поток, черную тень, идущую из глаз, носа, рта лессера.

Словно он воздушный шар, наполняемый дымом. Словно он опустошал оболочку своего врага.

Когда все закончилось, тело убийцы рассыпалось в прах, стало серой пылью, осевшей на лицо, грудь, ноги Буча.

В приступе отчаяния Буч перевел взгляд.