Разоблаченный любовник (Др. изд.)

И как можно скорее.

О боже. Сама эта мысль наполняла ее печалью, и Марисса погрузилась в воспоминания о Буче. Когда она представила его, вернулось это настойчивое, туманное эхо в глубине подсознания. Словно маленький звенящий колокольчик, напоминающий ей…

На ее плечо легла чья-то рука. Она вздрогнула, когда рядом с ней сел Рив.

Своими аметистовыми глазами он окинул ее лицо и волосы.

Она слегка улыбнулась, затем отвернулась, думая о том, придется ли ей снова воспользоваться его веной. О… черт. Как ни крути, придется.

– Что-то случилось, талли? Все хорошо? – нежно спросил он. Вопрос прозвучал так непринужденно, что у нее появилось странное чувство – Ривендж каким-то образом понимал, насколько она расстроена, и знал причину. Он всегда слишком хорошо угадывал ее эмоции.

Марисса уже было открыла рот, но тут лиидир Совета постучал молотком по глянцевому столу.

– Я призываю собрание к порядку.

Марисса закрыла портфель и уселась поудобнее, поняв, что приняла ту же позу, что и Рив, только в мех не куталась. Боже праведный, подумала она. Как все изменилось. Когда-то она ужасно боялась всех этих аристократов. Была чертовски запугана. Теперь же, глядя на изысканные наряды вампирш и официальные – вампиров, она чувствовала… смертельную скуку. Сегодня глимерия и Совет принцепсов казались ей всего лишь устаревшим публичным кошмаром, впредь ничего не значащим в ее жизни. И слава богу.

Лиидир улыбнулся и кивнул доггену, который тотчас шагнул вперед. В руках слуги находился лист пергамента, растянутый на дощечке из черного дерева. Длинные шелковые ленточки свисали с документа, их цвета обозначали каждую из шести семей-основателей. Цвет рода Мариссы – бледно-голубой.

Лиидир обвел взглядом сидящих за столом, его глаза испытующе остановились на Мариссе.

– Теперь, когда весь Совет в сборе, я хочу поставить на рассмотрение первый вопрос, а именно: представление прошения королю по поводу обязательного отстранения для всех незамужних женщин. Во-первых, следуя процедуре, мы оставим слово для неголосующих членов, присутствующих в этой комнате.

Почти единодушное согласие всех… за исключением Ривенджа. Который прекрасно показал, что думает обо всем этом.

В паузе, последовавшей за его лаконичным жестом об отказе, Марисса почувствовала на себе взгляд Хаверса. И сохранила молчание.

– Прекрасно, Совет, – сказал лиидир, – Теперь я оглашу список шести голосующих принцепсов.

Когда произносилось имя, соответствующий принцепс вставал, давал подтверждение своей кровной линии и прикладывал печать фамильного кольца к пергаменту. Это прошло без запинок пять раз. Затем произнесли последнее имя.

– Хаверс, кровный сын Воллена, кровный внук…

Когда ее брат поднялся со стула, Марисса резко стукнула кулаком по столу.