Ребёнок магната. Не.Разлучные.

Руки сами скользят по ее спине вниз, задирают полотенце, под которым ничего нет.

Хочу ее опять, будто не было ничего минувшей ночью.

Веду ладонями по бедрам, попку сжимаю. Слышу слабенький стон. Мика дергается, когда я касаюсь ее слишком откровенно.

— Больно еще? — убираю руки к чертям. Идиот озабоченный.

— Немного, — говорит еле слышно и голову опускает.

— Тогда беги, глупый ёжик, — целую ее в лоб. — Потому что я себя рядом с тобой не контролирую.

Но ухожу сам. От этого сладкого греха подальше. Хлопнув дверью, оставляю Мику одну. Смущенную и растерянную.

Наспех одеваюсь, собираю вещи. И жду Мику в гостиной, нервно на часы поглядывая. Нам еще к ее сестре заезжать. Можем опоздать на самолет. Но торопить ёжика — это подписать приговор нам обоим.

— Слушаю, Марк, — отвечаю начальнику службы охраны. Всегда беру трубку, потому что по пустякам он не звонит.

— Пану Адаму плохо было ночью, но уже все обошлось, — выпаливает, как пулемет, чтобы я не успел испугаться.

— Так, врачи из списка на месте? — выпрямляюсь я и телефон крепче сжимаю.

— Да, конечно, вызвали сразу, — рапортует Марк.

— Я вернусь уже к вечеру, — заверяю его и, подумав, добавляю. — Не один. Так что поручи комнату подготовить на втором этаже. Возле детской…

Думаю, Мике понравится. Она будет рада жить через стенку от Даниэля.

— Но… сейчас… — мнется Марк. — Там Пани Левицкая…

— Какого черта она вообще в особняке делает? — рычу и подрываюсь с места. — Что я тебе говорил?

— Приехала, когда пан Адам заболел. Она за ним ухаживает сейчас, — оправдывается он.

Понимаю, что это была воля деда, а ему перечить бесполезно. Но, мать их всех, я же приказал!

— Минус половина зарплаты, Марк. Еще одна ошибка — и я полностью сменю службу охраны, — угрожаю серьезно.

Обрываю звонок, потому что из комнаты Мики доносится возмущенный вопль. Взметаюсь по лестнице вверх, распахиваю дверь и подлетаю к ёжику.

— Ян! — она шипит на меня, как дикая кошка. — Ты зачем телефон мой вчера отключил??? — тычет дисплеем мне в нос. — Тридцать пропущенных от Даны и сообщений куча, — лихорадочный вздох. — Она. Нас. Убьет!

— Ты никуда не поедешь, — визжит Дана над ухом, пока я вещи собираю. — Не отпущу! — морщусь от ее звонкого голоса.

— Сеструль, милая, я все решила…

— В прошлый раз ты тоже так говорила, — меряет шагами пол. — А потом вернулась еле живая! Эти твари опять что-нибудь с тобой сделают, — воинственно смотрит на Яна и руки в бока упирает.

— Послушайте, Дана, — вступает в разговор он. — Я обеспечу абсолютную безопасность Мике и…

— Ты вообще молчи! — тычет в него пальцем зло. — Сначала допустил, что Мику чуть не убили…

— Дана! — становлюсь между ними.

Начинаю за Яна бояться. И удивляюсь сестре.