Ребёнок магната. Не.Разлучные.

Теплая ладонь аккуратно касается моего плеча, разворачивает бережно, но настойчиво.

— Для меня важно, — голос Яна пропитан заботой и участием. — Я хочу знать, что с тобой произошло.

И вновь эта ртуть, гипнотизирующая и подчиняющая. Я почти готова сдаться, даже чуть рот приоткрываю, чтобы заговорить. Но мысленно одергиваю себя. Нельзя. Если доверюсь, то обязательно поплачусь за это. С мужчинами всегда так.

Ян вряд ли искренен сейчас. Скорее, преследует какие-то личные цели. Как только добьется — вышвырнет меня за ненадобностью. Из своей жизни и как можно дальше от семьи, частью которой меня не считает.

— Нет, — выкручиваюсь и обхожу Левицкого, намеренно задев локтем.

И шагаю прочь из кухни. Останавливаюсь только в холле, осознав, что я в ловушке. Как я могла бдительность потерять?

Достаю телефон, но Ян оказывается рядом и выхватывает его.

— Мика, ты же не такая, какой пытаешься казаться, — не отступает он. — У тебя будто защитная реакция. От кого?

Приобнимает меня за талию, притягивает к себе, дезориентируя на мгновение внезапной нежностью. Далеко не родственной. В моей голове проносятся миллиарды разрозненных мыслей.

И, наверное, только в этот момент я наконец-то осознаю, что пытался донести до меня Ян тем тестом ДНК. Не понимаю до конца, как это вышло, но мы с ним…

Поднимаю взгляд на мужчину, которым бредила все эти месяцы.

Ничего это не значит!

— Отстань, Ян! — высвобождаюсь из его рук. — Хочешь знать, от кого я защищаюсь? — с вызовом рявкаю. — От таких, как ты! От мужчин, которые не слышат слова «нет»! — демонстративно ладонь выставляю. — Отдай мой телефон, я такси вызову.

Отрицательно качает головой и в карман брюк его прячет. Знает, что туда я уж точно не полезу.

— Мика, смирись, — в глазах играют платиновые искры. — Отсюда некуда бежать, разве что вплавь.

— Ты ведешь себя, как маньяк из фильма ужасов, — бубню я и прикрываюсь руками.

Ян сводит брови и хмуро скользит по мне взглядом.

— Разве я давал тебе когда-нибудь повод бояться меня? — выдает с нотками разочарования.

— Дай-ка подумать… — провожу пальчиком по подбородку, будто размышляю. — Например, когда грозился уничтожить меня и прогонял из дома Левицких, м-м-м? — мычу обиженно.

— Прости, я сказал это на эмоциях, — произносит Ян так, будто действительно сожалеет. — После того, как деду подсыпали не то лекарство…

Отмахиваюсь раздраженно, отхожу как можно дальше и плюхаюсь на диван в гостиной.

— Ты решил, что это сделала я, — не спрашиваю, а постановляю. Ведь знаю, какого мнения обо мне Ян.

— Я миллион раз уже пожалел об этом, Мика, — неожиданно заявляет он и садится рядом, боком ко мне, уперев локти в свои колени.

Украдкой смотрю на Яна. Понимаю, что нельзя, но верю ему.

Пауза затягивается, и я решаюсь разорвать тишину.