Миссия: разлюбить засранца

Надеюсь, химичка заметит этого метателя кем бы он ни был.

Однако в меня летят еще три бумажки, а Наталья Юрьевна ничего не замечает.

Когда еще одна прилетает на мой стол, я, рыкнув, оборачиваюсь, чтобы найти этого гаденыша и на перемене затолкать ему эти чертовы бумажки в глотку.

— Устинова! — гаркает химичка. — Последнее предупреждение!

— Извините, — скрипя зубами, поворачиваюсь, отчетливо слыша смешок.

Еще две бумажки прилетают мне в затылок. Удивительно меткий придурок. И (да неужели!) Горгулья ловит метателя с поличным.

— Смирнов! Что ты собираешься сделать? — приподняв очки, почти ласковым голосом интересуется.

Я немного поворачиваю голову, искоса поглядывая на Смирнова.

— Эм-м, ничего, — трусливо опускает руку, сглатывая.

— Это не похоже на ничего.

— Просто мусор хотел выбросить.

— Так встань и выкинь, — строго отрезает. Дождавшись пока ученик встанет, она непреклонно добавляет: — И то, что на парту Устиновой накидал тоже, а потом и себя прибери из класса.

— Если есть время развлекаться, значит — работа сделала, — припечатывает, а я про себя ликую.

Все-таки есть справедливость на свете! Пусть и в таком сомнительном лице как Наталья Юрьевна.

На следующей перемене я подхожу к шкафчику, чтобы переодеться в спортивную форму. Ввожу код, но шкафчик не открывается.

Нахмурившись, ввожу второй раз.

Может, что-то перепутала?

Однако и на третий и на четвертый раз шкафчик не поддается. Дергаю ручку, в надежде что замок просто заел, но бестолку.

Раздраженно хлопаю ладошкой по шкафчику.

— Помочь? — неожиданно раздается позади.

Повернувшись, вижу Долматова. Он впервые за две недели обратился ко мне.

Надо же, оказывается я не пустое место! Ладно-ладно, я сама просила оставить меня в покое, поэтому к Айдару никаких претензий. Только к женской логике.

— Нет, спасибо, — буркаю, заново вводя код.

Хмыкнув, Долматов направляется дальше по коридору, а я снова ввожу код и дергаю ручку.

Чтоб тебя долбанная железяка!

— Стой, Айдар! — выкрикиваю.

Парень останавливается, поворачивается на пятках и вскидывает бровь, мол, что-то хотела?

— Помоги, пожалуйста, — прошу, усмирив свою гордыню.

Подойдя, Долматов спрашивает код, а потом набирает. Конечно же, дверца не поддается. Он несколько раз с силой дергает ручку, но результат тот же.

Задумчиво потерев подбородок, Айдар спрашивает:

Он что, держит меня за идиотку? Если бы я поменяла код, я бы наверняка об этом помнила.

Видимо, все мои мысли отображаются на лице, поэтому Долматов примирительно произносит:

— Нет, — качаю головой. — Утром все было в порядке.

— Тогда кто-то поменял его за тебя, — озвучивает мои домыслы.