Раздраконь ректора (СИ)

Дейзи тяжело вздохнула и продолжила:

– Во-вторых, у призраков, в отличие от восставших, почти всегда повреждена память. Пока не проведён ритуал погребения, душа бродит в междумирье и слегка не в себе… В-третьих, нам нужно попасть в морг! Как мы это сделаем?

– Мне нравится, что ты уже ищешь пути к решению задачи, – довольно прищурилась разноглазка. – Главное, выбраться ночью из академии. А там что-нибудь придумаем! Думаю, двери на ночь будут запирать…

– Зефир может нам помочь, – предложила я. – Он ловко вскрывает все замки и может пробраться куда угодно. Всё что нам нужно – выпустить енота, когда в коридорах будет уже пусто. Он сам всё сделает и проведёт нас по относительно безопасному пути.

Фимильяр фыркнул, но отказываться не стал.

– Если тебя отчислят, отец будет раздавлен! Помни об этом.

– Селеста могла бы помочь ему, – с улыбкой предложила Глория, опуская змею на пол.

Енот сглотнул и пробормотал:

– Если она подползёт ко мне, я за себя не ручаюсь.

– Зефир говорит, что сам справится, – перевела я, хихикнув.

– Тогда буду ждать ночью сигнала.

– Зефир поскребётся в твою дверь трижды. Будь готова, – кивнула я.

Глория направилась на выход, гадюка медленно поползла за ней.

– А у вас тут… миленько, – улыбнулась разноглазка напоследок, кинув взгляд на розовое безумие, сотворённое Флафф.

– Дейзи, нужно обсудить нашу комнату, – повернулась я к соседке, после того как дверь за Глорией закрылась.

Спустя полчаса споров, мы всё-таки пришли к компромиссу: обои приобрели жемчужный, почти белый оттенок, но ковер по-прежнему создавал впечатление, что хозяйкам комнаты не больше десяти лет.

Что ж… если не слишком часто смотреть на пол, вполне себе сносно.

– А обо мне ты не подумала? – отчаянно вопросил Зефир, сидя на розовом безобразии и ковыряя его коготком.

– Всегда приходится кем-то жертвовать, – философски улыбнулась я, зарываясь в учебники.

Мы с Дейзи промаялись примерно до полуночи, пока не решили, что пора. Я открыла дверь комнаты и внимательно огляделась: лампы-сферы приглушённо освещали пустой коридор. Не было слышно ни звука.

– Вперёд, Зефир, – скомандовала я. – Найди нам выход.

Енот выскользнул из комнаты и повёл носом, принюхиваясь.

– Здесь давно никого не было, – сделал вывод он и посеменил вперёд.

Я с удовлетворением заметила, что лапки не издавали ни звука. Зефира точно не обнаружат, он мастер.

– Интересные таланты у твоего енота, – подметила Дейзи.

Я обернулась и кивнула.

– Зефир достался мне от матери. Она была кем-то вроде исследователя, и фамильяру приходилось помогать ей во всём.

– Моя крыска может определять свежесть трупа по запаху. Она может сказать, как давно тело покинула жизнь, с точностью до минуты, – похвасталась подруга.

– Весьма полезно, – выдавила улыбку я.