Разбитые мечты

"

"«Боги, какой же я идиот! Как я вообще мог подумать, что она переспит со мной, пускай даже за информацию, которую можно добыть двумя путями…» В плен его брали как раз тогда при Пуассе. Это были ужасные, полные муки и страданий бесконечные дни и ночи. Неужели снова всё повторяется? А как всё-таки ловко она обвела его вокруг пальца, он даже на какое-то время поверил, что она целует его по-настоящему. Дурак! Даже если отбросить его шрамы и уродства на теле, разве может красивая молодая девушка хотеть мужчину почти вдвое старше себя?! Это всё проклятый алкоголь… Не надо было столько пить…

– Ты из Пуатра-Наир? Отомстить мне решила? – он решил сразу же выяснить, что его ожидает.

Конечно, быстрая смерть предпочтительнее мучений на протяжении всей ночи, но он точно не опустится до того, чтобы просить пощады убить его побыстрее. Хватит с него унижений и того, что эта девчонка и так воспользовалась его состоянием невменяемости. Странно даже, что она не выждала ещё утром, когда он напьётся после ссоры с Адель… Видимо хотела, чтобы дом покинуло как можно больше людей, а прислуга спала на тот момент, когда она решит сделать своё чёрное дело. Ловко придумала, стерва! На весь третий этаж сейчас только он, она, да Ладислав, которому нет и года.

Эллис, не отвечая на его вопрос, взяла откуда-то острый кинжал и подошла к его кровати с какой-то странной улыбкой на лице. Кристиан тяжело выдохнул и прикрыл глаза. По-видимому, он этого заслужил. Интересно, кто погиб в той кровавой бойне под Пуассе? Её отец? Братья? Что толкнуло Эллис на то, чтобы устроиться служанкой в его дом и выждать столько времени для мести?

Он видел краем глаза, как блеснул клинок над его левой ногой, той самой, которая больше всего пострадала на войне, и уже морально подготовился к адской боли, как с удивлением услышал треск разрезаемой одежды. Кристиан недовольно мотнул головой, порываясь сказать что-то язвительное в адрес девушки вроде «ну что же ты медлишь?» или «кишка тонка?», открыл глаза и изумлённо уставился на нахмуренное лицо Эллис. Девушка даже пересела так, чтобы свет от камина попадал на его испещрённую уродливыми кривыми шрамами ногу, а затем она отложила кинжал и стала медленно водить пальцами, легко касаясь его кожи, что-то бормоча себе под нос.

– Ты что, извращенка? – непроизвольно вырвалось у Кристиана.

Ещё ни один лекарь, ни один целитель не рассматривал с таким живым интересом его ногу. «Неужели пытается найти то место, где был осколок, чтобы сделать побольнее?»

– Здесь больно? – девушка легко надавила на некогда рваную мышцу над коленом, будто снова прочитав его мысли.

– Нет, – ответил Кристиан, мрачнея. Было не очень больно, но неприятно.

– А здесь? – Эллис надавила на внутреннюю поверхность бедра, ближе к паху.