Разбитые мечты

Обычно во всех мною прочитанных книгах, когда девушка попадает куда-то в иной мир, она непременно оказывается сильной тёмной ведьмой или на худой конец принцессой, сосватанной за какого-нибудь красавчика, а мой воспалённой мозг додумался лишь до того, что я служанка. Прям на лицо карьерный рост: из секретарши в служанки.

– Э-э-элька, да ты серьёзно головой ударилась! Давай я лучше господам кофе отнесу, а ты иди, переоденься и полежи на кровати, может память и восстановится, – наивно предложила девушка.

– Спасибо, а-э-э… как тебя зовут? – быть может совет этой милой девушки и помог бы настоящей Эллис Ларвине, вот только похоже временно я за неё.

Моим настоящим именем было Эльвира, именно поэтому я вначале не обратила внимания на то, что меня называют Элей. А тут, оказывается, это сокращение от Эллис.

– Анисья, – девушка со светлыми бровями вновь всплеснула руками, а голос её дрогнул. – Ты что ж, даже меня забыла? А мы же с тобой с самого детства в одном приюте жили и за одной партой в училище сидели! Целых три года…

«Три года проучились в одном училище, а сейчас отрабатываем потраченные на нас деньги. Интересно, а сколько ещё мне осталось работать в сей славной должности, чтобы выплатить долг?» – подумала я и не преминула озвучить свой вопрос.

– Ну как сколько… мы всего пару лет как работаем, а в училище три года учились. Лорд Кьянто настолько щедр, что нам платит рыночную зарплату, так что если также получать будем, и не бить фарфор… – она бросила взгляд на лестницу, где валялись осколки явно разбитых чашек, – то лет восемь ещё остаётся. А если очень хорошо работать и премии получать, так и вовсе за шесть можно выплатить…

– Сколько?! – я перебила девушку, сминающую подрагивающими тонкими пальцами белый передник. Она явно очень волновалась и из-за того, что её подруга внезапно потеряла память, и из-за разбитого фарфора.

«Это что ж за училище-то такое, что за три года учёбы надо девять лет отрабатывать?! Даже банки и то выгоднее процентные ставки на потребительские кредиты дают!» – рвалось у меня с языка, но я понимала, что и так уже изрядно напугала Анисью своим странным поведением.

Девушка побледнела, понизила голос и затараторила:

– Эля, ты что, мы в хозяйском крыле, нельзя так кричать, тебя услышать могут! Чего ты так реагируешь, нам вообще хорошее место досталось! Ты же сама уговаривала меня в училище пойти после приюта, а то неизвестно ещё как деньги зарабатывать на улицах придётся, а тут какое-никакое образование…

Внезапно девушка затихла и побледнела настолько сильно, что я забеспокоилась, как бы ей плохо не стало по-настоящему. На лице не осталось ни кровинки, и лишь жёлтые веснушки отчётливо выделялись на милом личике.