Твое сердце будет разбито

 — Просто не хочу скандалов в доме.

— Я не знала, что вы вернетесь так рано из-за его психов. Как ты вообще это терпишь? — вырвалось у меня.

— Сегодня произошло недоразумение, — нахмурилась мама. Ей не нравилось, что я так говорю о ее муже, а мне не нравилось, что она подчиняется ему. — Но мы пришли к компромиссу. И теперь все хорошо. Полинкин, пойми меня правильно. Я не запрещаю тебе общаться с этим мальчиком. Его зовут Дима, верно? Но не хочу ругаться из-за этого с Андреем.

— То есть, ты разрешаешь мне общаться с Димой, но так, чтобы Андрей не знал? — иронично спросила я, чувствуя себя в этот момент взрослой. Куда взрослее, чем она.

— Андрея переживает из-за тебя. А ты все воспринимаешь в штыки.

— Я?! Да это у него с психикой проблемы! Почему ты не понимаешь, мам? Почему ничего не видишь?

— Давай не будет ругаться, — сказала мама и обняла меня. Голос у нее был жалобный, и мой гнев внутри погас, словно пламя на ветру. Она не поймет. Отчим ее будто загипнотизировал. Что бы я ни сказала, мама будет защищать его. Может быть, Андрей ее околдовал? И вообще, как после моего папы она умудрилась влюбиться в такого придурка?

— Мама? — позвала я ее.

— А почему ты влюбилась в папу?

Она не сразу смогла ответить.

— Не знаю. Наверное, для любви нет причин, они существуют только для ненависти. — Мама грустно улыбнулась старому воспоминанию. — Иногда смотришь в глаза человека и понимаешь — вот он. Тот, ради которого стоит дышать. Однажды я посмотрела в глаза твоего папы и утонула.

Я вздохнула. Почему так больно про это слушать?

— Глаза вообще о многом говорят, Полин. Просто нужно уметь смотреть.

— А глаза Андрея? Ты тоже в них утонула? — вырвалось у меня.

— С ним все по-другому. Раньше я вообще не замечала его.

— В смысле? — не поняла я.

— Мы давно друг друга знали, — вдруг призналась мама. — Я познакомилась с ними обоими на дне рождении подруги. Андрей ведь учился в нашем городе, потом уже сюда переехал. Они оба ухаживали за мной, но я выбрала Мишу. Никого не замечала, кроме него.

Я удивленно смотрела на нее. Об этом мама никогда не рассказывала. Вот, значит, как. Они были знакомы еще до моего рождения! С ума сойти.

Лицо мамы на миг стало отстраненным — будто она погрузилась в воспоминания.

Он ждал ее возле подъезда с цветами. И как только она вышла на улицу, шагнул к ней и протянул букет — розы в серебряной упаковке. Алые. Красивые. Дорогие, наверное.

— Ты мне нравишься, — сказал Андрей, пристально глядя на Дану.

— Что? — опешила она. Так вот, значит, кто настойчиво звонил по телефону, пока она собиралась на свидание. Но была так увлечена макияжем, что не могла подойти. А потом еще и волосы распрямлять пришлось. Не до разговоров по телефону, в общем.

— Ты мне нравишься, — повторил Андрей. — Очень.