Твое сердце будет разбито

Вообще-то, я тоже играю роль твоего парня.

— А с другими девчонками ты какую роль играешь? — прищурилась я. –

— Ты чего несешь, синеглазая? — склонил голову на бок Барс.

— У меня репетитор сегодня с двух до четырех, так что после школы я пойду к нему, а ты пойдешь нафиг, — вырвалось у меня.

— Я же сказал, не дерзи мне, — сквозь зубы проговорил Барс. Его взгляд потемнел, и мне стало не по себе. Боже, Полина, не говори с ним настолько дерзко, он же не в себе.

Едва я подумала об этом, как память подсунула вчерашнее воспоминание — как крепко Барс обнимал меня на берегу реки. И как нежность опаляла меня, будто пламя. Что же такое? Откуда такие эмоциональные качели?

— Я просто ставлю тебя в известность, — ответила я.

— Тогда после репетитора пойдешь со мной. И не обсуждается.

— Закрой свой очаровательный ротик, — с ледяной улыбочкой посоветовал Барс. Но мне, конечно же, хотелось оставить последнее слово за собой.

Он все равно не дал мне ответить — прижал к моим губам указательный палец, и провел по ним снизу вверх, глядя мне в глаза гипнотическим взглядом. Взглядом, который заставлял подчиняться. Я опешила.

— У тебя красивые губы, — вдруг выдал Барсов.

— Если ты не заметил, они все еще не зажили, — хрипло ответила я.

— В этом вся прелесть.

Он склонился ко мне и зашептал:

— Когда целуешь разбитые губы, стараешься быть особенно нежным.

Я покраснела, вспоминая, каким нежным он действительно был. Но вместо того, чтобы оттаять, поманила его пальцем, вновь заставляя склониться, и зашептала на ухо, касаясь щекой его волос:

— Барсов, ты переигрываешь.

— Они так не думают, — ответил он весело, и я вдруг поняла, что на нас таращится весь класс. Даже Дилара с Лехой. И Малиновская, у которой на лице написаны и страх, и отвращение, и злость. Наверное, если бы Барс ушел из школы, она сжила бы меня со свету.

После уроков я действительно побежала к репетитору — благо, его дом находился в паре остановок от школы. Барсов сухо сказал, что будет ждать меня во дворе, и я лишь кивнула в ответ. Злость на него так и не проходила, хотя я понимала, что это иррационально.

Только я вышла за территорию школы и оказалась рядом с дорогой, как рядом со мной притормозила знакомая машина — черный Фольксваген, за рулем которой сидел Саша, а рядом с ним — Игорь.

— Привет, Полина! — прокричал он мне в открытое окно. — Запрыгивай на заднее сидение! Довезем до репетитора!

— Откуда вы тут? — опешила я.

— Давай, залезай, тут долго стоять нельзя! — донесся до меня голос Саши.

Не понимаю, как Степановы оказались тут, я села на заднее сидение. И уже из окна увидела, как злобно смотрит на меня Барсов, стоящий рядом с школьными воротами. У него было такое недовольное лицо, что я, не выдержав, захихикала.