Не первый раз замужем

– Думать о нравственности я сейчас не могу себе позволить, к сожалению, – парировала она. – Мне не на кого положиться, рядом нет того человека, который бы захотел мне помочь. Я думала, что ты мой друг, но, к сожалению, ошиблась. Мораль той басни какова? Не надейся на кого-то, а делай все сама! А так как, кроме того, что я женщина, у меня ничего больше в «активе» нет, значит, я и воспользуюсь тем, что я женщина. – И Нина задорно щелкнула пальчиками.

Николай посмотрел на девушку взглядом, не обещающим ничего хорошего, и процедил сквозь зубы:

– Пока ты живешь в моем доме, я не позволю тебе делать то, что тебе хочется! Мы вроде бы уже обсуждали эту тему и не будем повторяться.

– Ты хочешь предложить что-то более нравственное и приемлемое? – с сарказмом спросила Нина и уперла руки в бока.

– Связался черт с младенцем, – сплюнул Николай и вышел из кухни, громко хлопнув дверью. Девушка посмотрела ему вслед и тихонько захихикала:

– Два – ноль в мою пользу.

Глава 16

– Ну что ты там возишься, господи ты боже мой, – ворчала Нина, глядя, как Николай пытается распутать длинную веревку.

– Не скули под руку. Не видишь разве, чем я занимаюсь? – огрызнулся мужчина. – Связался с тобой на свою голову! Гляди, если меня в твоем доме застукают, попробуй тогда только не носить мне передачи в тюрьму.

– Типун тебе на язык! Что ты каркаешь, как ворона? – зашипела на него девушка. – Давай быстрее, Коля, скоро рассвет уже.

– Ты уверена, что в доме никого нет?

– Конечно, уверена, Виктор же позвонил. Сколько можно задавать один и тот же вопрос? – топнула Нина ногой и нервно оглянулась по сторонам.

Николай уже распутал веревку и только собирался забросить ее конец, на котором была прикреплена металлическая «кошка», наверх, как увидел сверкнувшие неподалеку от них фары автомобиля.

– Ну вот, дождались, – заворчала Нина.

Писатель, недолго думая, прижал девушку к забору и впился в ее губы поцелуем. Машина милицейского патруля с черепашьей скоростью проползла мимо «влюбленной» парочки, и они услышали беззлобный смех, который доносился из открытого окна машины. Как только патруль скрылся за поворотом, Нина оттолкнула Николая и снова топнула ногой:

– Что ты себе позволяешь, черт тебя побери?

– А что я должен был делать? Что первое пришло в голову, то и предпринял, – обиженно проговорил писатель и снова занялся веревкой. Девушка не нашла, что на это ответить, и шумно засопела."

"– На губе теперь синяк, наверное, будет, – проворчала она и дотронулась до губы пальцами.

– Нечего было вертеться, как червяк на сковородке, стояла бы спокойно, – тут же парировал Николай. – Сама виновата.

– Фу, Стручевский, – сморщилась девушка.