Госпожа болотной равнины

Не думаю, что моё исполнение популярной музыки благотворно сказалось на нервной системе животных, поскольку Анджела решила в испуге припасть к груди нашего Айвенго, но вот Мушка была точно против такой фамильярности. Она решила, что ей, Мушке то есть, грозит непосредственная опасность, и встала на дыбы.

К слову сказать, лесная тропинка не была предназначена для конных манёвров. Наш герой с криками отчаяния успел подхватить падающую на землю Анджелу, изрядно попортив ей при этом платье.

Теперь вопль горя раздался совсем близко. И в данном случае он исходил из глотки самой жертвы спасения! Дело в том, что прекрасная дева не ожидала, что спасательный процесс может оказаться настолько… непривлекательным с точки зрения эстетики, она с сожалением и мукой во взгляде смотрела на своё безнадёжно испорченное при спасательной операции платье, с полуоторванной верхней юбкой и порванным ожерельем.

- Как посмели вы, мой милый рыцарь, столь грубо со мной обойтись? – открыла ротик наш светлый ангел - Ваши действия оскорбительны для меня! И я требую, чтобы Марко защитил честь мою. И немедля бросил вам вызов! - Она неловко сползла с нервно фыркающего коня Стефана и упёрла руки в боки.

Бедный Стефан не знал, что ему делать и как поступить в сложившейся ситуации. Да и по виду молодого жениха не было понятно, что он с громкими криками «я требую немедленной сатисфакции» бросит перчатку обидчику суженной.

Кони волновались по-прежнему, и мы приняли решение идти пешком, держа их под уздцы. Взволнованные человеческие голоса стали раздаваться совсем рядом.

Я узнала это место – именно здесь началось моё приключение в этом мире. Хоть и преобразилось оно весьма сильно: болота как такового более не существовало. Обводными каналами оно было осушено практически полностью. Крестьяне собирали торф аккуратными брикетами и выставляли на солнышко для окончательной просушки. Всё чинно и благородно, работа идёт споро. Я с чувством удовлетворения любовалась на дело своей мысли. Взволнованные голоса стали раздаваться совсем близко, и мы смогли лицезреть самих возмутителей общественного спокойствия. Жарко, отец Мирко и Рины, и местное, так сказать, руководство в одном лице, бурно беседовал с каким-то древним дедком, что махал узловатой палкой, и время от времени издавал те самые жуткие вопли, что так сильно взволновали наш транспорт! А волчий вой исходил от волновавшегося от такого скопления людей Волчка.

- Да нешто допустить такое ж можноть? Да хде это прописано, чтобы честных-то людёв пропитания лишають? – голосил припадочный дедок, размахивая палкой, как палицей.