Ратник

О чем они болтали? Бог весть. Но парня это не сильно интересовало. Он хотел посмотреть, как они организуют караульную службу. И вообще, насколько разумно они разместились.

Посмотрел, поглядел, да и удалился.

Что-то предпринимать было еще рано. Народ ведь не спал…

– Ты уверен, что хочешь это сделать? – спросил Аким, когда они удалились достаточно далеко от вражеской стоянки. – Ты ведь совсем другое задумал.

– Я не сказал, что хочу сделать. Я сказал, что хочу попробовать.

– Зря…

Андрей ничего не ответил."

"Так в тишине они и достигла лагеря. Где парень молча сел под деревом и не с кем не общаясь, думал. Прокручивая в голове увиденную диспозицию.

Татары, без всякого сомнения, опасались нападения из леса. И, судя по всему, боялись не только проказ людей, но и всякого рода мистики. Иначе бы не испугались лезть в лес за отрядом. Однако, как это ни странно, никакого караула не выставили. Видимо, понадеялись на лошадей.

Ну так себе защита. Специфичная.

Самый сильный орган чувств лошадей – слух, порождая пугливость от любых шумовых проблем. Резкий и громкий звук, лай, вой, выстрел и даже просто какой-то незнакомый звук мог лошадей напугать. Даже обычная болонка, начавшая лаять внезапно откуда-то сбоку, и то могла сильно вывести лошадь из душевного равновесия. А вот со зрением уже у них все было не очень. Строго говоря это не очень хорошо видящие существа. Особенно ночью. И любой, внезапно появившийся перед ними объект, шугал их совершенно нешуточно. Даже резкое открытие зонтика у них на глазах. С обонянием все было еще хуже. Его считай что и не имелось. Ибо слаб нюх их был настолько, что многое могли учуять только в упор. Но для травоядной животинки нюх и не требовался…

– О чем думаешь? – спросил Аким, спустя, наверное, полчаса этой медитации Андрея. – Может быть ляжешь? Завтра будет сложный день. И нам еще этих, – махнул он рукой, – выводить к месту засады.

– О чем думаю? – хмыкнул Андрей. – Нам снова нужна береста.

– Нет.

– Да.

– Ты ведь шутишь?

– Шучу. Но для шутки нам понадобится береста…

И вот, ближе к рассвету, когда супостаты видели самые крепкие и сладкие сны из леса донесся очень неприятный низкий звук. Утробное рычание. Но Андрей расположился таким образом, чтобы этот звук тонул в звуках ветра. И услышали это рычание, не то урчание лишь животные с очень хорошим слухом.

И лошади встревожились.

Где-то в стороне рыкнул Аким. Не очень громко. Но рупор донес до лошадей этот звук. Отошел шагов на двадцать. Снова зарычал. Потом. И еще. И еще. Минут пять они так с Андреем развлекались. Однако желаемого эффекта не получалось. Вместо того, чтобы дать деру, лошади просто отошли чуть в сторону, прикрылись спящими людьми от непонятной угрозы. И все.

Наконец, Андрея эта игра задрала. И он решил действовать в наглую.