Рассвет твоей нежности

Много лет назад я чуть не поплатился свободой за неумение управлять эмоциями. Молодость и горячность часто играют против тебя. А если в кулаках еще достаточно дури, то можно ненароком убить соперника. Я мог стать убийцей, мне просто повезло, что парень выжил. А у нашей семьи было достаточно денег, чтобы восстановить ему здоровье и обустроить жизнь. После того случая, я бросил заниматься боксом, а эмоции научился подавлять.

Несколько несильных ударов по корпусу Артема, так, чтобы следов почти не осталось, но они долго еще о себе напоминали. В конце не удержался и заехал ему между глаз. Из носа Артема хлынула кровь.

— Пошел вон, — процедил по буквам.

Я принялся искать в темноте телефон. Дверь подъезда грохнула. Таня бежала в мою сторону.

«Видела все из окна» — догадался я. — «Сейчас начнется…»

А дальше произошло несколько вещей, совершенно выбивающих землю из-под ног. Таня прикрыла меня собой. Маленькая хрупкая девочка закрыла меня своим телом! Я упустил из вида Артема, а он нашарил в темноте толстую ветку и решил огреть меня ею по голове. Он бы не смог остановиться, сила инерции несла его вперед вместе с палкой. Доля секунды для принятия решения, я развернул ее в своих объятиях и подставил спину. Ключицу обожгло болью, ноги от удара подкосило, но я устоял.

Наверное, я бы его точно догнал и убил, если бы не Таня.

— Не надо, — испуганно замотала она головой. Вцепилась хрупкими пальчиками в рубашку, не отдирать же ее силой.

Меня и самого нехило потряхивало, он же одним ударом мог погасить свет в этих больших красивых глазах!

— Ты что творишь, сумасшедшая?! — встряхнул ее, как только немного отпустило. — Этот урод мог тебя убить! — одна мысль об этот заставляла кровь стыть в венах.

— Я не думала…

— И как часто ты не думаешь, когда бросаешься спасать людей?! — меня прорвало. Какой нахрен контроль, когда эта девочка, прикрывает собой здорового мужика, от которого она кроме дерьма ничего не видела?! — Я же тебе сказал идти к ребенку!

— Максим спит, — стала оправдываться Татьяна. Я ее напугал. Тане не понять, что я свой страх выплескивал, который до сих пор сковывал всю грудь. — Соседи полицию вызвали. — обернулась она на свет фар. Во двор въехал полицейский уазик.

— Подыграй мне, — голос сорвался, получилось грубее, чем хотел. Я сел на лавочку, которая стояла за нами, и потянул Таню на себя.

— Нет, — мотнув головой, она отступила назад.

— Пожалуйста. Слово даю, я тебя не трону. — Таня боком хотела присесть мне на колени. Подхватив под ягодицы почти невесомую девушку, я усадил ее на бедра. Вырваться не позволил. — Изобразим поцелуй? — обхватил ее лицо руками, вынуждая поднять взгляд. Смутилась, словно малолетка.