Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

Короткий тихий разговор, взмах руки – «стой»! Ну вот, хоть что-то начинает происходить. Фельсенбург погасил неуместную улыбку и обернулся к напрягшемуся каданцу.

– Раз ваши, вам и слушать.

Пришпоренная кобыла прыгает вперед, отнюдь не галантно хрюкает раздосадованный Морок, сзади звякают сбруей кони рейтар. Ничего, ждать недолго, Штурриш уже возвращается, и физиономия у него довольней некуда.

– Господин фок Фельсенбург, – вот ведь мелочь самолюбивая, банальному «капитану» докладывать не хочет, – ребята нашли дозор. Прямо на пути! Обложили и ждут команды.

– Десяток, – чуть не пляшет наемник. – Половина дрыхнет по кустам, остальные у костра. Костер их и выдал, голубчиков. Режем?

– Давайте. – По трое «забияк» на одного – должны управиться быстро. – Только тихо, как вы тут недавно обещались. Шуметь будем позже.

– А то мы не понимаем! – Штурриш опять приподнял шляпу, похоже, это было привычкой. – Счастливо оставаться.

Быстрые силуэты словно бы растворяются в ночном киселе, очень хочется за ними. Нельзя, и еще больше нельзя дергаться – смотрят. Торчат за спиной и таращатся. На Олафа тоже таращились, а Ледяной стоял, заложив руки за спину, успокаивая одним своим видом. Вот оно, первое правило хоть капитана, хоть адмирала – стой или сиди в седле, как монумент. До подчиненных не должно дойти, что от тебя сейчас ни кошки не зависит и ты можешь только ждать. С умным видом. Для принятия оного Руппи принялся считать, благо в минуте есть, было и будет шестьдесят секунд, а часы лучше не вытаскивать, темно и не так истолкуют.

Один, два, три… Слишком быстро. Четыре. Пять. Шесть… Двадцать семь. Двадцать восемь… тридцать шесть… и пятьдесят… и триста. Сейчас Штурриш со спешенной шайкой добрался до своих передовых… окружили… а если там ждут? А если там волки? Ну что себя пугать-то… «Забиякам» не впервой, а китовники у костра всяко не «быкодеры» и не фрошерские «кошки».

Впереди тихо, за спиной вздыхают лошади и невнятно бормочут рейтары, а стоящих чуть дальше мушкетеров уже не слыхать – туман глушит близкие звуки, это Руппи помнил еще по Полночному морю. Шорохи и даже крик туман слизнет, а вот выстрелы, пожалуй, в лагере услышат.

И третьи триста… И еще раз сначала… Один. Два…

Ожидание закончилось внезапно – впереди и чуть сбоку замелькали вспышки потайного фонаря, в ответ кто-то махнул своим. Вернулись! Переводим дух – первый барьер взят чисто. Правда, барьерчик простенький, но ведь и на таком можно споткнуться.

– Вы слегка задержались, капитан.

– Малость сбился на обратном пути, виноват. – Ага, виноват он, а почему рожа такая довольная? – Но ведь не так и далеко проскочил.