Расстрельный список

– Верю, Анатолий Иванович, – соглашался я, думая про себя: «Было бы легче, ты бы туда и ходил. А тебе это нравится – искать врагов именно среди соратников и играть на их страхе».

Но он выглядел настолько искренним, что я поверил – хотя бы на некоторое время проблемы с контрразведкой остались в прошлом.

По окончании банкета в моей голове слегка шумело. Не принимаю алкоголь принципиально, но тут он оказал волшебное действие. Напряжение последних дней будто ветром сдуло.

Мне в целом было хорошо. Ну что, прошло внедрение. А заодно слияние с обществом в условиях изобилия текучих веществ повышенной градусности. И появилась уверенность, до того дремавшая где-то в самом дальнем уголке: у нас все получится. Без вариантов!

Эта эйфория не прошла даже тогда, когда меня грубо растолкали ночью.

Знакомый мне зубастый помощник Шрама, которого я про себя прозвал «аллигатором», навис надо мной, сонным и таким беззащитным. В руке он сжимал револьвер. Поодаль стоял еще один солдат – целился в меня из укороченного казацкого карабина.

– Что стряслось, господа? – непонимающе произнес я.

– Да ничего, товарищ-щ-щ, – прошипел зло «аллигатор». – Пойдем поговорим.

– Отказ принимается? – я с кряхтеньем привстал с кровати.

– Вместе с пулей в лоб, – беззаботно засмеялся «аллигатор»…

Глава 9

Опять подвал, на этот раз в хозяйственных постройках. Слабая электрическая лампа под низким потолком с трудом разгоняла мрак. На дощатом полу чернели пятна, похожие на кровь. Из мебели имелись лишь лавки у стен и стул в центре. Спертый воздух, неприятные запахи. Такое преддверие ада – оставь надежду всяк сюда входящий.

Меня толкнули на узкую лавку. Руки мои связаны, чтобы я не учудил чего.

Контрразведчик навис надо мной, и лицо его было перекошено свирепейшей злобой. Это же надо, какая гамма чувств. Эх, рановато я его за человека принял.

– Александр Сергеевич, – проговорил он глухо. – А теперь давайте начистоту. С каким заданием вас послали? Убить Мороза? Спровоцировать нас на преждевременное выступление?

– Что за тон, Анатолий Иванович? – процедил я. – Вы в своем уме?

– Именно что в своем, – он нервно дернул исполосованной шрамом щекой. – Поэтому агентов ОГПУ за версту чую.

– Вам не кажется, что Власник другого мнения?

– О, он большой добряк и романтик. И вечно витает в облаках, – контрразведчик сделал попытку улыбнуться, вышло плохо. – И не хочет видеть изначальной скотской сущности человека. А я вижу. Так что поговорим как взрослые люди. Обещаю вам жизнь, здоровье и даже деньги. Всего лишь за обещание работать вместе. Ну и заодно за признание.

– Пойдите к черту! – взорвался я.