Расстрелять или жениться?

Да мне вообще противны твои прикосновения!

"Бесстыдно врет", - снова фыркнул Савьер.

"Знаю", - подумал я, а вслух сказал:

- Настолько не нравится, что ты вся дрожишь?

- Это от возмущения и гнева!

- Нет. Это от трепета и желания, - уверенно сказал я, поглаживая нежную кожу шеи и не сводя глаз с Агнессы. - Ты жаждешь моих прикосновений, но боишься в этом признаться даже самой себе. Только вчера тебя немного прорвало, когда перестала сдерживаться.

- Я была... не совсем в себе!

- Оу, нет. Ты как раз-таки раскрыла себя.

- Да что же ты со мной делаешь?! - взвилась Агнесса, отступая на шаг, но упираясь в стену. - Не трогай меня! Ты путаешь мне мысли и отвлекаешь от собственных проблем! Это неправильно, не должно так быть! Я солдат! А солдаты не сдаются!

- Кому не сдаются? - жарко шепнул я, подступая вплотную.

- Никому!! Ни... ко... М-м-м...

Вопль Агнессы потонул в сладком поцелуе. Я прижал ее к себе одним сильным движением и впился в губы, настойчиво, яростно. Решительно сминая все сопротивление Агнессы. Стремясь показать всю ту гамму чувств, что сейчас испытывал. Все то желание, которое разъедало меня изнутри и заставляло вновь и вновь касаться, стискивать в объятьях, углублять поцелуй и срывать с губ тихие стоны.

По телу словно жидкий огонь разлился, когда Агнесса неуверенно обняла меня за шею и зарылась пальцами в волосы. Сначала невесомо, словно бы сама не до конца понимала, хочет ли этого. А потом ощутимо проводя кончиками пальцев по шее и ниже, к спине, вызывая у меня тем самым легкий озноб.

Она наконец-то отпустила себя и позволила себе быть в моменте "здесь и сейчас". Раствориться в эмоциях, довериться, раскрыться. Чувствовать, принимать и отдавать. Надо было взять себе на заметку почаще затыкать ее поцелуем - действенный способ, оказывается.

Я и сам тонул, захлёбывался эмоциями. Все крепче и крепче прижимал Агнессу к себе, напряженный, взвинченный до предела.

Слишком близко. Слишком жарко. Слишком головокружительно.

Прервал поцелуй, лишь когда понял, что еще немного - и я переступлю допустимую грань. Нельзя. Не сейчас. И не здесь.

Провел носом по щеке Агнессы, как хищник, обнюхивающий жертву. Шепнул на ухо:

- Имей в виду, я сейчас останавливаюсь только лишь потому, что не хочу продолжать тут, в столь не романтичном месте. Но если бы мы с тобой были наедине в более подобающей обстановке, то я бы...

Я долго и со вкусом нашептывал Агнессе, что именно сделал бы с ней при других обстоятельствах, и чувствовал, что она даже дыхание задержала, внимая моим откровенным словам. Прикрыла глаза и дышала прерывисто, как после длительного бега. Но оттолкнуть, убежать от меня более не порывалась. Поэтому я продолжал гладить, обнимать, прижимать к себе, и отсутствие сопротивления здорово дурманило разум.

"Попалась.