Расстрелять или жениться?

Он резко вскочил и, прежде чем я успела что-то сказать, удалился в соседнюю комнату, громко хлопнув дверью. А мне вдруг стало очень смешно, и я открыто расхохоталась, наверное впервые за последний месяц позволив себе расслабиться.

- Смейся, смейся, - проворчал быстро вернувшийся Салливан. - Недолго тебе смеяться осталось.

Прозвучало довольно зловеще, но остановиться я смогла с большим трудом.

"Переодеться" в устах Салливана выглядело впечатляюще. Лучше бы он оставался в полотенце, честное слово! Эти обтягивающие брюки бежевого цвета и белая шелковая рубашка, небрежно накинутая на плечи, вызывали у меня устойчивое желание внимательно разглядывать мужчину, а не сосредоточиться на разговоре. 

А сосредоточиться надо было, потому что Салливан как раз взял деловой тон:

- Я обсудил со своим лекарем твой странный недуг. Это твое проклятье из ледяной пустоши имеет очень темную природу... Томас считает, что тебе все же нужен Иарихон, и я склонен с этим согласиться, как бы не был против.

- Что или кто такое это Иарихон?

Слово-то какое чудное...

Но Салливан не ответил, то ли нарочно, то ли просто глубоко погрузившись в свои мысли. Однако следующие его слова заставили меня возмутиться до глубины души.

- Мы отправимся с тобой в путь на днях, - твердо сказал Салливан. - Времени у нас мало, надо спешить.

- Хэй, что значит "мы"? Прости, но я не собираюсь отправляться с тобой в какой-либо путь. Если ты знаешь, как мне помочь, просто скажи, что я должна сделать, а я... найду способ как-нибудь отблагодарить тебя.

- Конечно, найдешь, - ухмылка у Салливана стала еще шире. - И я даже знаю, как. В любом случае, я не спрашиваю у тебя разрешения, а диктую условия. Мы отправимся с тобой в путь через пару дней, нам необходимо будет пойти в горы. Нужно успеть провернуть все это дело перед церемонией.

- Перед какой еще церемонией?

- Венчания, - сказал Салливан, и лицо его при этом стало каким-то особенно вдохновенным.

- Оу. Ты скоро женишься? - постаралась спросить как можно более небрежно.

А у самой на душе кошки заскребли. И вот непонятно, от чего именно: от досады, что этот красавчик столь блаженно вспоминает даму своего сердца при мне, или от возмущения, что, будучи помолвленным, он усиленно флиртовал со мной. Даже не знаю, что противнее: моя слабость или вольное поведение почти женатого мужчины.

Салливан как-то совсем нехорошо улыбнулся в ответ на этот вопрос.

- О да, довольно скоро. Как только закончу с тобой разбираться, так сразу и...

- Не стоит, - холодно отозвалась я и села еще прямее, до побелевших костяшек пальцев сжимая горячую кружку в руках. - Премного благодарна за желание помочь, но я сама со всем разберусь... как-нибудь. Думаю, у тебя... у вас хватает других забот перед предстоящим венчанием. А я...

- Это не обсуждается, - оборвал меня Салливан.