Расстрелять или жениться?

- Вот это я попала... Даже пока не знаю, как мне решить эту проблему...

Эрик мягко улыбнулся мне. Сказал:

- Ты конечно сильная, умная и все такое, но всех проблем решить не можешь. А иногда их решать и вовсе не нужно.

Его спокойный тон добил мою нервную систему. Меня бомбануло эмоциями, накрыло нещадно.

- Достал ты со своими загадочными высказываниями! Что значит - не надо решать? Тебе не надо, конечно, проблема-то не твоя! Она моя! Твоей идиотки-сестры, моя проблема, моя! И она есть! И она трындец какая серьезная, а ты всё ухмыляешься! Ну чего ты ржешь? Чего ты ржешь, я тебя спрашиваю?! А знаешь что? Не отвечай. И катись-ка ты в бездну, чтобы глаза мои тебя не видели. Меня от тебя тошнит!

Я развернулась на каблуках, собираясь умчаться  обратно в таверну, где прорыдаю до скончания веков. И... нос к носу столкнулась с Салливаном.

Точнее, я в него врезалась с размаху, уткнувшись в шею, от которой сильно пахло шоколадом.

Я замерла, шокированная появлением этого человека в моей жизни. Снова. Опять. Ну за что, о боги?! Откуда он тут взялся?!

Боялась взгляд на него поднять, так и стояла истуканом, вытаращив глаза и пытаясь заставить себя сдвинуться с места. Уйти, сбежать. Куда угодно, лишь бы подальше от этого архана. Только бы не вдыхать аромат его кожи. Только бы не чувствовать эту сильную давящую ауру. Только бы не видеть его шоколадных глаз.

Надо было наверное что-то сказать, извиниться за то, что врезалась. А лучше ничего не говорить и просто пулей умчаться вдаль. Но я стояла, как дура, и не могла ни говорить, ни дышать, ни двигаться. Словно бы околдованная, зачарованная.

Пока я пыталась унять панику, над ухом раздался бархатный голос:

Всего два слова - а у меня дыхание перехватило, и голова закружилась.

Как он меня назвал? Ледышка? Но он же называл меня так при нашей первой встрече... и потом...

- Как вы меня назвали? - осторожно уточнила я.

Может, мне послышалось?..

- Ледышка, а с каких это пор мы на "вы"?

От его голоса по телу побежали мурашки, вся моя сущность затрепетала от смысла сказанных слов. Но мозг пока усиленно отказывался верить.

Рискнула посмотреть Салливану в глаза.

Он улыбался. Искренне так, весело. Как улыбался мне ранее. Неужели?..

- Ты... помнишь меня?..

Салливан ответил не сразу. Приобнял меня за талию, привлек к себе вплотную - так сладко, что внизу живота мигом потяжелело, разлилось тепло. Приподнял меня за подбородок, потянулся к моим губам. Провел по ним языком, выдохнул:

- Истинных не забывают, знаешь ли. Можно стереть многое, но горячее сердце истинной пары ничем не потушить. И мою любовь к тебе ничем не затушишь. Так что кончай брыкаться и сопротивляться. Ты - моя. Никому не отдам. Точка.

Он мягко разомкнул мои губы языком, вовлекая в восхитительно нежный поцелуй.