Эротические рассказы Stulchik.net - Категория \

Она сидела на столе слишком далеко от края, и чтобы перейти к решающей заключительной фазе, ей надо было чуточку подвинуться вперед. Я притянул ее за талию, но ее вспотевшая попа прилипла к гладкой пластиковой поверхности, и стол поехал вместе с ней, омерзительно скрипя и гремя своими ножками по полу. Пришлось пальчиками отклеивать попу от стола, она, смешно елозя, подъехала к краю и отклонилась назад, опершись на руки. Она сидела открытая мне вся и готовая на все, я не в силах сдерживаться стоял между ее ног. Я наклонился к ней, касаясь своей грудью ее сосочков, руками тем временем проводя стадию введения. Убедившись, что мы с ним на правильном пути я начал продвижение вперед. Она заранее, готовясь к предстоящей боли, закусила нижнюю губу и тоже двинулась навстречу. Свои напряженные ноги она свесила вниз и развела еще шире в стороны. Я держу ее за спину, опираясь на локти и прижимаясь к ее телу. Нам не надо было считать ""раз-два-три"", как и все остальные мысли и чувства, желание бросится навстречу друг другу пришло строго одновременно. Короткий стон, даже не вскрик, ее судорога проходит, и теперь она сама прижимается ко мне, яростно стремясь навстречу своему наслаждению. Все было кончено за несколько секунд. Мне не захотелось пачкать Ее собой, и густая липкая лужица, появилась на столе рядом с ее беленькой на фоне нового загара ягодицей.

Я не дал ей лечь на стол, а отнес на скрипучую кровать, став рядом на колени и покрывая поцелуями ее грудь, руки и плечи. Целоваться в губы с боку было очень неудобно, и еще некоторое время нам пришлось мириться с этим жутким скрипом. Черт побери, это могло, это должно было продолжаться вечно, но отряд бы в этом случае заметил пропажу бойца."

"Были сборы недолги, и я чувствовал как она смотрит на меня из под своего одеяла, пока я одеваюсь. Меня охватил какой-то неистовый приступ эксгебицонизма, и я во всех ракурсах продемонстрировал свои отличительные он нее черты и без надобности подвигал стол и табуретку, играя бицепсами и трицепсами. Половой тряпкой я промакнул стол и часть пола его окружающего, обратив внимание, на совсем небольшое красное пятнышко. А на тряпке оно и вовсе неразличимо.

Поцелуй на прощанье показался мне совсем не поцелуем друга, приходившего навестить больную подругу, не экстазом страсти пылких влюбленных и даже не молодоженов во время медового месяца, а скорее мужа уходящего на работу. Казалось, что все, теперь навсегда, каждый день всю оставшуюся жизнь мы будем вместе.

До отряда я добежал бегом. Надя с воспитательницей не спали, я рассказал историю с медсестрой, которая должна была подтвердиться завтра утром. Оставалось только надеяться, что никто не станет проверять события по часам.

Я пошел в палату, но совершенно не спалось.