Эротические рассказы - Подростки

Тот вышел с Тимохой в коридор, о чём-то с ним тихо поговорил. Затем они позвали меня.

— Ты должна утешить Тимоху, дать ему то, что он потерял. Натворила — расхлёбывай последствия, исправляй, — сказал Дима, поцеловав меня в мочку уха. Я обмякла в его руках.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила я, я прекрасно понимала, но не желала признаться себе в этом.

— Ты меня поняла, — сказал Дима.

— Это так необходимо?

— Да, — подал голос Тимоха, — я без тебя умру. Соглашайся, пожалуйста! Хочешь, на колени встану. — Я видела, что он не шутил. Я вопросительно посмотрела на Диму. Тот тихо сказал мне:

— Не бойся, Карина, я это как измену не защитаю: Тимоха мне друг и я отдам ему во временное пользование самое ценное, что у меня есть, — тебя, так как только это поможет ему. Ты согласна.

— Да, — покорно вздохнула я. — Ради тебя я согласна на всё. — И, что характерно, это было правдой. — Я пойду на всё, если так нужно.

— Твоя комната в полном вашем распоряжении. Мы вам не будем мешать. Поверь, Карина, мне тоже нелегко, но для друга.

— Спасибо, Дима, — сказал признательно Тимоха. Он не верил в своё счастье."

"Тимоха подхватил меня и понёс в комнату. В его глазах горел счастливый безумный блеск. Моя покорность, видимо, возбудила его.

Он бросил меня на диван, сам обнял меня и начал ласкать, постепенно раздевая. Я уже сама начала разгораться, ласкала его волосы, покусывала его уши, целовала слегка взасос его щёки и шею. Он снял с меня весь верх и штаны, я вытянулась у него на коленях, в ожидании ласки. Я почувствовала, как его тёплые сильные руки массируют мне груди, теребя и слегка зажимая соски. Его ритмичные приятные движения почти довели меня до экстаза, я приоткрыла рот, требуя чего-нибудь пососать, Тимоха засунул мне туда свой палец, не переставая ласкать меня. Он положил одну мою руку, валяющуюся без дела на свободную грудь, которую я стала слегка мять. Рука Тимохи же постепенно стала спускаться ниже, он щекотал пальцами мой живот, возбуждая эрогенные зоны. Мне стало так хорошо, что я прикусила палец Тимохи. Тот выдернул его, ничего не сказав. Он был опытный любовник.

Затем он сел на диван и приказал мне:

— На колени!

Я послушно опустилась у его ног. Он положил мою руку на свою ширинку. Она была горячая.

— Расстегни и вытащи ремень! — я выполнила приказ. Повиноваться ему было вдвойне приятно: во-первых я мазохистка, а во-вторых — всё это ради Димы. Затем, не дожидаясь Тимохиных приказов, я сама вытащила его чудовищно набухший пенис, омыла его водой для поливки цветов под одобрения Тимохи:

— Так, хорошо, девочка… давай, обмой его, подготовь его… о-о-о… — выдохнул он.