Эротические рассказы - Подростки

Стащат с меня мешок, рассмеются, а я им за глупый розыгрыш вставлю.

Поставили меня на пол, и тут же руки привязали низко, на уровне бедер по обеим сторонам. Так что и дрыпнешься вовсе. Сняли мешок. Вижу — стою посереди большой комнаты с трубами, и к тем тубам мои руки привязали. Напротив Гоша сидит, это самый их предводитель, как король, в кресле каком-то жутком. На цыгана похож. Неряшливый, смуглый. Волосы вьются, только не черные — темно-русые. Глаза — карие, с издевкой и властью. А кругом меня все дворовые наши. И кто на год младше, и кто старше, и ровесники. А Лизка позади меня в сторонке, и вся голая, в босоножках только. А стоит как солдат на параде, — на вытяжку.

Тут только до меня дошло. Не кошмар, не сон, не глупый розыгрыш. И все правда про эти поземные катакомбы в подвалах. И нету папочки, и не услышит меня милиция, и воздастся мне по полной: и гордыня моя, и презрение ко всем бывшим товарищам по двору. И как разревусь я от беспомощности своей и жалости к себе самой.

Эта-то вся шпана опешила. Бурная у меня была реакция. А Гоша как ни в чем ни бывало, самокрутку свою отбросил, ко мне приближается. У меня слезы брызжут, как в тумане гляжу. Реветь не могу остановиться. Он идет, а у меня в голове мысль подленькая: ходил бы этот красавчик, как все, подстриженный, да модненький. В квартиру бы приглашал, на танцы с вином. Влюбилась бы в него, и все ему б отдала и так, без всякого принуждения.

Огляделся Гоша сначала по сторонам, на компаньонов своих, потом на меня, так, пристально глянул. И вдруг, совершено внезапно как зарядил мне кулаком в дых. Дыханье у меня перехватило, умру — думаю, задышать снова невозможно. И боль дикая, и унижение. А Гоша спокойно в свое кресло отправился.

Потом Лизке говорит: «чего застыла, действуй давай». Ну та, сволочь, ко мне подскочила, выдрессированная, и ловко стала раздевать меня, так чтобы руки привязанные обойти. Вот стою я совсем голая, под этими взглядами наглыми, понять не могу, как еще не провалилась со стыда под землю. Подскочили шакалы, стали где ни попадя лапать меня, тело, каким я гордилась по-девичьи, стали грязными своими лапами изучать. Еще не натешились вдоволь, подходит Гоша.

— Ты над нами потешалась, подружек высмеивала, нас за людей не считала, презрение свое показывала. Теперь мы тебя правилам вежливости поучим. А заодно и законы наши объясним. Лизка, марш сюда.

Первый: два раза в неделю приди, и мальчикам послужи.

Тут, зверь этот, достал свой орган мерзкий, Лизке на плечо надавил, так, что она с охом на колени упала, и в рот ей свою эту штуку совать стал. Меня от омерзения чуть не вырвало.

Второе: сначала на тебя права я имею, а потом по старшинству. И Гоша рукой всю банду обвел.

Третье: Все наши желания тут — тебе закон. За непослушание — наказание.