Эротические рассказы - Подростки

Она слышала, как мать говорила курившему в открытую печку бригадиру, что ей было очень хорошо, она уж давно не кончала, (что кроется за этими словами ни мы, ни Верка не знаем) после чего бригадир бросал окурок в печку и битва закипала вновь. Верка убеждена, что если бы дети появлялись после каждой такой «тиски», то у неё бы было братьев и сестер не меньше десятка, а она одна с матерью и на все Веркины просьбы родить ребенка только смеется, а иногда плачет. Слушая Веркины рассказы мы тоже пытались рассказать нечто подобное, но у меня ничего интересного не было, если не считать, как во втором классе четвероклассница Ленка зазвала меня под танцплощадку играть «в дом» и как «после ужина» велела «ложиться спать». Я, следуя указаниям Ленки, снял штаны и добросовестно елозил своим голым писуном по теплому и мягкому Ленкиному «пирожку» испытывая при этом какое-то необъяснимое наслаждение и причастность к чему-то важному и запретному, о чем не стоит говорить никому. От этих разговоров и смутного удовольствия воспоминаний жарко становилось в паху от ноющей сладости, заставляющей подняться и пульсировано подрагивать, уже начинающий залупаться свисток. Генка, наверно, был в таком же состоянии, он вертелся, не впопад комментировал Веркины слова, а потом встал и, не стесняясь сестры и Верки приспустил штаны и налившимся стручком пустил струю в узкую щель чернового пола. Я не мог не повторить такого рекорда. Легко попадая в другую дырку, подзадоривал девчонок, что им слабо попасть также метко. Собственно для меня это было и не важно. Хорошо Генке. У него две старшие сестры и он не только видел, неоднократно, как они писают на ведро, но и видел их пирожки, когда они мылись вместе в бане, для него этой тайны не существовало.

Мне же приходилось только вспоминать почти забытые ощущения с Ленкой и фантазировать, слушая Веркины рассказы. Я мечтал, потаённо надеялся, что Верка и Томка не выдержат наш с Генкой триумф и попытаются доказать обратное. Так и случилось. Девчонки, дивясь моей неосведомленной бестолковости, почти одновременно задрали платьица и, спустив трусы, сели на корточки и регулируя процесс движениями ног и задницы пустили живые струйки, бившие из розовой трещинки между двух пухленьких щечек."

"Я, наклонившись, жадно разглядывал сие таинство. Впитывая в себя эту новизну, эту поразительную отличимость от моего собственного и других пацанов хозяйства, не забывая при этом быть строгим судьей и признать, что, несмотря на вопиющую разницу в выполнении процесса, «девки» ничуть не хуже нас с Генкой справились с задачей. Барышни, торжествуя свое законное посвящение в снайперы, снова завалились на паклю грызть яблоки.