Эротические рассказы - Подростки

С трусами я справился просто… встал и, стаскивая их одной рукой, другой слегка пощекотал ленкину ступню и она сама выдернула из них ножку…

Воспользовавшись свободой, Ленка тут же свернулась калачиком, но тут я окончательно вытряхнул её из трусов, перевернул пузиком кверху и начал щекотать, лапать, шлёпать — всё сразу.

Тут уже голышке стало не до протестов — она только успевала ойкать, хихикать и пыталась сообразить, как можно двумя тоненькими ручками закрыть одновременно свою прямо-таки созданную для шлепков попку, маленькие сисята и начавшую взрослеть письку… Она пыталась перевернуться на бочок, но я каждый раз возвращал её на спинку.

Когда я поймал ритм, у нас с Леночкой вышло что-то вроде танца…

— Я щекочу малышку за бока и она сгибает ножки, подтягивая колени к подбородку…

— Тут я звонко шлёпаю её по выставленной попке и голышка резко бросает ноги обратно, даже прогибаясь дугой, как в мостике…

— Я тереблю пальцами эту замечательную пельменьку, которой Ленка тычет в мою сторону…

— Её лапки рвутся на помощь оскорблённой письке, а мои руки уже на открывшихся ладненьких лисятках-сисятках…

— Мой милый котёнок закрывает ладошками свои пока скромные близняшки, я в это время соскальзываю с них на «щекотальные» местечки и мы начинаем новый тур этого необычного вальса…

Я потом, когда у Пастернака прочитал, помнишь, «на освещённый потолок ложились тени; скрещенье рук, скрещенье рук, судьбы скрещенье…», так задумался, может, у него тоже такое чудо прыгало, скользило и извивалось под руками, а?

Когда я наконец смог остановиться, Ленка уже была вся потная, красная и дышала, как загнанная лошадь. Она тут же вытянулась «солдатиком», закрыв одной ручкой письку, а другой — грудки.

Я смотрел на малышку — голышку, и испытывал к ней какие-то необычные чувства. Братские, что ли?.. Такая она вся была маленькая, голенькая, беспомощная, что хотелось сгрести её в охапку, гладить, тискать и никогда — никогда не отпускать от себя.

Она тоже на меня таращилась как-то странно, будто первый раз увидела. Самое удивительное — Ленка молчала. То ли и у неё разные чувства прорезались, то ли понравилось голышом на диване кувыркаться?

Я не выдержал, сел к ней на кровать и посадил этого зайчонка к себе на колени.

— Отдай, Борька, — попросила Леночка, протягивая руку в сторону своей разбросанной на полу одежды.

— Чтобы ты опять на улицу смылась? — уточнил я, потрепав её по волосам.

— Ну пожалуйста… Ну мне же стыдно… Я ведь не могу так ходить… Мне ведь двенадцать, а не три годика… — забормотала Ленка, вдруг стремительно краснея.

— Вспомнила через полчаса, — засмеялся я и спустил голышку на пол. — Только пообещай, что не удерёшь, а сядешь за уроки.