Эротические рассказы - Подростки

— А ты чо, сука не сосёшь, чо притихла? — прикрикнул Серёга на девочку, в ужасе смотревшую на мучения брата, та стала быстро сосать и облизывать х&й мучителя.

Глазырин, видя, что Кайгородов уже весь покраснел, задыхается, ослабил бёдра и мальчик тут же засунул голову между ягодиц Глаза. Всё было ранее отрепетировано, голова у близнеца маленькая, почти на половину она погрузилась в разрез достаточно мощной задницы Глаза. Кайгородов начал судорожно втягивать в себя воздух и всё, что скопилось в жопе Серёги. Тот не промедлил откликнуться, и пёрнул, по-моему, прямо в рот мальчика. Причём сестрёнка всё это время сосала не отрываясь. Близнец закашлялся, что вызвало радостный смех Серёги. Немного погодя, не вынимая брата из своей жопы, Серёга стал кончать в рот и на лицо сестры Кайгородовой.

— А теперь оближите там всё как мороженку, — предложил он Кайгородовым. Сестра слизывала остатки спермы с х&я, а брат стал вылизывать очко Глаза и то ли срыгивал при этом, то ли что-то жевал.

— Это я срать ходил недавно, а жопу не вытер, — радостно объяснил мне Глазырин. Только тут я понял, что жевал Кайгородов, мне стало так стрёмно, что я сам чуть не блеванул. Сославшись на свои срочные дела, я почти убежал из комнаты. Долго потом дышал у открытой форточки, пытаясь успокоить рвотные позывы.

Но на этом эта история не закончилась. Видимо дальнейшие издевательства были нетерпимыми даже для Кайгородова и он пожаловался воспитателю, жаловались и другие мелкие. Глазырина наказали всеми возможными способами, и физрук даже избил его. Но Серега только затаил злобу. Он никого и никогда не прощал."

"Старшаки зимой обычно зависали в котельной, где пили брагу, самогон, выменянные на украденные в детдоме вещи. И вот в один из дней, когда самогон кончился, и было скучно, Глазырин вспомнил как его «обидели» Кайгородов и его друг, которого звали, кажется Лёха. Высказав всё, что он думал про стукачей, сучар и т. д., он послал одного из пациков привести этих «козлов».

Когда их притащили, смотреть на них было нельзя. Лицо Кайгородова и Лёхи отражало дикий ужас и предчувствие чего-то невообразимого.

Лёхе тут же связали руки и привязали их к верхним ступеням металлической лестницы, так что он повис прямо под лестницей. Один из пацанов взял лопату для угля и с размаху стал бить по заднице Лёхи. Чтобы он не кричал, Глазырин снял свой носок и засунул ему в рот. Хочу сказать, что у Глаза было что-то не в порядке с потоотделением и его носки почти всегда стояли и воняли самым тошнотворным образом.

Отбив Лёхе задницу, его заставили положить — опереть ноги на нижние ступени и он завис под лестницей, как бы делая уголок.