Эротические рассказы - Подростки

На этом всё вроде бы завершилось, только жена изредка называла меня в шутку «порнокритиком» и советовала пойти редактировать «Хастлер». Как в воду глядела.

Второй шагЧерез несколько дней я столкнулся с Полиной в школьном коридоре и неодобрительным взглядом ей намекнул, что знаю о маленькой домашней фотосессии. Её белозубая улыбка и легкий реверанс убедили меня, что для неё это не новость. Мишка, видимо, рассказал ей про нашу беседу.

С того дня едва ли не каждую школьницу я провожал взглядом, думая, как бы я поставил свет, куда направил отражатель, какой бы выбрал стиль и фон, если бы снимал её голенькой. Но никогда я не претворил бы своих фантазий в жизнь, если бы в один прекрасный день ко мне в лаборантскую не ввалились Мишка и Полина.

— Иван Михалыч, можно мы студию займём? — Мишка был давним членом фотокружка и имел право самостоятельно работать в студии. Но после того, что было…

— И что вы там будете делать?

— Сниматься! — подпрыгнув, весело воскликнула Полина.

— Сниматься… верю на слово. А в каком жанре, если не секрет?

— Ээээ… — Мишка поправил очки. — Я вот, собственно, об этом и хотел поговорить. Понимаете, Иван Михалыч, я в прошлый раз допустил ошибки, а вы ведь всегда говорите переснимать, если что не так.

— Михаил, а ты не помнишь, что я тебе в прошлый раз говорил?

— Да я помню, Иван Михалыч, помню… но вот Полинка говорит, что надо переснять, типа в тот раз плохо было, надо хорошо сделать…

— Иван Михалыч, я своему парню обещала на день рождения, он ждёт, а вы все фотографии сожгли, — вступила отличница, спортсменка, только что не комсомолка.

— Слушайте, объясните мне одну вещь… вам вообще не стыдно этим заниматься?

— А что, — не поняла Полина. — Почему стыдно?

— Ну, раздеваться перед фотоаппаратом… в мои времена это вроде бы стыдно было. — Мысленно я громко ругался матом, но внешне сохранял спокойствие.

— Да нет, нормально…это красиво…

— Краев, я тебя не допускаю к съемке обнаженной натуры. Почему не допускаю, я тебе уже объяснял.

— Иван Михалыч, так может, вы снимете?

— Нет.

— Почему?

— Потому что моё участие в этом деле будет уголовным преступлением.

— Почему?

— Потому что снимать голых четырнадцатилетних девочек преступно. А Уголовный кодекс надо чтить."

"Дети замялись и не знали, что сказать. Мне же что-то, видимо, судьба, мешало резко оборвать этот разговор. Наконец, Мишка привёл убийственный, на его взгляд, аргумент…

— Иван Михалыч, так мы же всё равно снимем, только плохо, и это будет, как вы говорите, надругательство над фотографией.

— Эх… чёрт с вами, ладно! Но только один раз! Послезавтра вечером, после семи, когда никого не будет!

— Чертыхаться, Иван Михалыч, нехорошо. Это моя бабушка так говорит.