Эротические рассказы - Подростки

С её уроков мы абсолютно ничего не уносили в своих головах, я до сих пор помню только, что кислоты могут превращаться в соли и соли получают свои названия способом переделки названий кислот. Учить химию, а тем более стараться её понять не возникало никакого желания, да и в учебнике было написано не так много, как говорила она, поэтому учить приходилось больше по тетради, а это довольно затруднительно. В общем, с химией была «труба», за год получилась тройка, да это и не столь важно сейчас. Я вообще не люблю точные предметы, мне всегда была ближе литература и история.

Я поступил в десятый класс. По химии уже началось изучение органики — самого бессмысленного (по моему мнению) раздела этой и без того бессмысленной науки. Вела по-прежнему Ирина Анатольевна, а поэтому химия стала ещё более скучнее и неинтереснее. Но это недолго длилось.

Однажды мы пришли на урок и вместо химички сидел какой-то высокий, стареющий мужик. Первая мысль: «Будут заменять — отдохнём!». Мы расселись по партам и учитель представился:

— Александр Витальевич. Запишите в дневники на первые страницы.

По классу пронёсся ропот. Неужели? Неужели сбылась наша голубая мечта? Неужели химичку уволили таки или она сама уволилась? В любом случае, здорово!

Александр Витальевич пояснил, что отныне он будет вести у нас химию. И принялся объяснять что-то. Вот тут-то началось самое интересное.

Он объяснял всё чётко, правильно, корректно. Я в первый раз в жизни хоть что-то понял из химии — мне как будто открыли глаза. Да и все остальные тоже не скучали, а старались записывать и понимать, даже руки тянули.

На следующий урок он задал нам то же (или почти тоже), что делал сам и сказал, что «Будем искать таланты по химии». Все стали усердно что-то калякать в своих тетрадях.

Когда истекло время, которое он дал нам для выполнения этого задания, он стал проходить по классу и заглядывать в наши тетрадки. Естественно, почти никто не выполнил его задания правильно, в том числе и я.

А вот когда он подошёл к парте одной нашей ученицы и глянул, его лицо посветлело и он, улыбнувшись, сказал:

— Так, один способный ученик нашёлся!

Все повернули головы и увидели, что этот способный ученик — Ирина Самогонова (фамилию, я, понятное дело, изменил, но реальная фамилия очень похожа на псевдоним). Странно, ведь при Ирине Анатольевне она к химии особенного интереса не проявляла. С вашего позволения я опишу её внешность.

Это была брюнетка довольно низенького роста, с угловатой, ничем не примечательной фигурой. Когда она улыбалась (а улыбалась она по любому поводу) это было нечто. Я бы не рекомендовал такое смотреть на ночь — ибо присниться может. Не то, чтобы у неё были кривые, кариозные зубы, но её улыбка всё равно была такой немножко жутковатой.