Янтарь рассеивает тьму

Люциан, очевидно, остался при своем мнении и проигнорировал его просьбу о предварительных совещаниях. Ответная речь служила лишь для отвода глаз. Страж знал, что переубедить Люциана невозможно, а значит, манипуляции Мориона продолжатся. Эриас спорить не стал, а затем отвернулся и продолжил яростно заправлять постель.

Заклинатели встретились в коридоре. Они не стали искать таверну, в которой можно было позавтракать, а сразу прошли в полупустую столовую на постоялом дворе. Место было скромным, но просторным, с минимумом вещей обихода. Сквозь приоткрытые ставни проникали свежий ветерок и голоса, доносившиеся с улиц.

Они разместились за шестиместным столом и заказали кушанья.

– Вот это я вчера повеселился, – довольно протянул Абрам и зевнул в десятый раз. Эриас поведал, что из-за перевозбуждения товарищ не мог нормально сомкнуть глаз. – Люциан, а вы где были? – Абрам взглянул на владыку и бессмертного. – Помнится, Эриас не мог вас найти.

– Мы были дальше по коридору. – Голос Мориона прозвучал сухо.

– Ого-о, и что вы там делали?

– Люциан спал, Морион его охранял, – проворчал Эриас. – Перестань задавать двусмысленные вопросы, вчера никто, кроме тебя, не возлег с женщиной.

– Неудачники! – Абрам расхохотался. – Правда никто? Надеюсь, вы хотя бы в мыслях их желаете?

Сетх треснул друга по затылку.

– Следи за шуточками. Все это случилось из-за тебя, так что имей совесть. Повеселился – надо и честь знать.

– Кто бы говорил о совести, – с улыбкой произнес Абрам. – Пока та красотка меня ублажала, ты что делал?

– Спал.

– Это потом, но сперва пять минут наблюдал за процессом.

Сетх изо всех сил сдержал себя, чтобы не придушить товарища. Он глубоко вдохнул и ответил:

– Каждый видит, что хочет. Если я сидел с открытыми глазами, это еще не значит, что я смотрел на тебя.

Абрам вскинул брови, уставившись на друга, который звучал устало и немного равнодушно, словно ему надоело что-либо доказывать. Сетх безучастно смотрел куда-то вдаль и будто бы никого не видел.

– Хитрый демон, – усмехнулся Абрам, наливая себе чай. – Будем считать, что ты выкрутился.

Когда младая разносчица принесла кушанья, компания затихла и приступила к трапезе. Овсяная каша с голубикой была теплой и сладковатой, а чай с малиной согревал душу. Люциан с удовольствием съел завтрак, и когда потянулся за булочкой с корицей, его внезапно отвлекли.

– Почтенные заклинатели, мне так повезло вас повстречать. – Смертный мужчина привлек внимание всех, кроме Мориона. Тот равнодушно продолжал доедать кашу.

Сетх нахмурился.

– Что-то случилось?

Мужчина, облаченный в простые сельские одежды, дважды поклонился в знак почтения, прижимая к груди соломенную шляпу.