Рассар

 – Это почти то же самое, как у наших воинов, чтобы, если пленят, их нельзя было сделать рабами.

Киэрриэл вопросительно посмотрел на архимага.

– Вполне может быть, – задумчиво кивнул тот. – Тогда вопрос решается очень просто. Надо всего-то передать ее гномам, и они уже сами снимут блок, или он сам перестанет действовать, как только она окажется в безопасности, среди своих.

– Отлично! – обрадованно воскликнул человек. – Завтра же разбросаем листовки в горах, чтобы гномы определили место встречи, скажем, дымовым сигналом, – и все дела!

Услышав это, я очень обрадовалась. Значит, все хорошо, меня вернут домой, и ко мне вернется память!

– Ну вот, дойра Амнезия, если мы правы, то скоро все вернется на круги своя. Завтра мы попробуем установить связь с вашими соплеменниками, и уже послезавтра вы будете дома, со своей памятью.

– Что ж, дойра, несмотря на то что вы проспали большую часть сегодняшнего дня, а может, и не только сегодняшнего, все зависит от того, когда именно вас похитили, но все равно позвольте проводить вас до вашей спальни.

– Благодарю, дор Киэрриэл, тем более что, несмотря на, как вы и заметили, сон от сонного заклятия, я ощущаю сильную усталость, и мне не мешало бы отдохнуть.

С нами пошли все остальные… боевые подруги, только маг отправился в противоположную сторону.

– А как вы собираетесь установить связь с моими сородичами?

– Напечатаем с тысячу листовок и разбросаем их тут и там в горах вашего царства с просьбой обозначить место встречи дымом.

Неожиданно нам навстречу выскочили два маленьких ребенка, гоблины-квартероны, и резко остановились, пристально на меня взглянув. Один из них вдруг спросил:

– Пап, а эта тетя – твоя новая подруга?

– Она будет жить у нас или, как тетя Хайллейса, станет только изредка появляться? – спросила уже девочка.

– Нет! – со смехом ответил Киэрриэл, подхватывая на руки мальчика.

Девочку со смехом подхватила гоблинка, добавив:

– И надеюсь, не станет!

Сзади раздался смех остальных женщин.

– Хотя не удивлюсь, если все же станет!

Теперь уже стоял откровенный хохот.

– О чем вы говорите? – спросила я, нахмурившись.

Мне не понравилось, что говорят обо мне, да еще в таком ключе, да еще столь бесцеремонно.

Странный человек, да и подруги его не менее странные, раз живут с одним человеком, хотя все из разных рас.

– Извините, дойра… долго рассказывать, да и ни к чему вам, – ответил Киэррэл. – Идемте…

Меня наконец проводили до моей спальни. Рядом с дверью стояла гремлинка-служанка.

– Ну вот, это ваша спальня. Вам будет прислуживать Лайли.

Несмотря на происшедшее со мной и тревогу за свое будущее, за свою память, усталость взяла свое, и я, едва раздевшись, рухнула на кровать.