Рассар

Я действительно чувствовал камень и теперь лучше понимал, как Гонглир, мой кузнец и гном-квартерон, нашел мне тайную комнату и потайной ход. Лучше бы, конечно, молоточком постукивать, но ведь разбужу всех. А мне и так хватает, тем более что моя аура помощнее будет, чем у Гонглира.

Я вернулся немножко назад, где в ощущении камня прошла какая-то пустота.

«Клад!!!» – завопило мое второе «я».

Я простучал стенку более тщательно. Да, для простого закутка, а значит, и клада в нем площадь пустоты слишком большая, она где-то полтора на три метра, при неизвестной глубине. Скорее, это какой-то ход. А ходы нам здесь совсем ни к чему!

Будить или не будить остальных?

Решил не будить. Угрозы вроде нет, если что, я успею задержать противника, кем бы он ни был, а там и остальные проснутся и наваляют незваным гостям. Стал дальше простукивать каменную кладку еще более тщательно.

Где-то слышал, что в любой структуре, даже самой прочной, есть точка напряжения, к коей приложив относительно невеликое усилие, можно ее – эту структуру – разрушить. Вот и я стал искать такую точку.

Поиски меня увлекли, так что я даже не заметил возвращения Олграны.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Ищу точку напряжения, чтобы разрушить стену и узнать, что за ней находится.

– За ней ничего нет.

– Да. Элементаль земли мне все показал. Только этот склад остался невредимым, остальные подземелья либо частично, либо полностью разрушены.

В этот момент я, кажется, нащупал нужную мне точку.

И, не дожидаясь ответа, что есть силы ударил кулаком по обнаруженной точке напряжения. Стена вздрогнула и прогнулась, а в следующую секунду стала осыпаться.

Досталось и мне: несмотря на мою вампирскую скорость, отскочить не успел. Краем прекрасно отшлифованного камня порезал себе руку, защищаясь от камнепада.

Все, кто спал, тут же вскочили, моментально изготовившись к бою.

– Все нормально, Лития…

Я отряхнулся от пыли.

– Вечно с тобой что-то происходит, – проворчала вампиресса.

Все подошли ко мне и заглянули в обнаруженную нишу. Архимаг запустил туда светляка, и свет магического фаербола осветил стоящую статую.

– Надо же, – усмехнулась Олграна. – Ты теперь не только живых девиц собираешь, но еще и статуи…

Что сказать, я никогда не являлся знатоком скульптуры, но эта статуя меня впечатлила. Идеальное тело, ни убавить ни прибавить открытое и, я бы сказал, теплое выражение лица с притягательной легкой улыбкой. Я даже подошел поближе, чтобы разглядеть получше, и, забыв о порезе, облокотился на какую-то тумбу, стоящую перед статуей, обмазав ее кровью.

– Дай сюда… горе ты наше, – проворчала шаманка, и, когда я протянул ей руку, она залечила порез, хотя он и так уже стал затягиваться.

А статуя – да, она была красива и как живая. Того и гляди, вот-вот сойдет с постамента.