Распутье

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но нашему плану не суждено было исполниться.

Совсем потеряв связь с реальностью, мы не заметили, что вокруг опять воцарились энергичные танцы.

— Вот вы где, голубки, — наше уединение прервал голос Каролины. — Янка, пойдем вниз, потанцуем?

Яна посмотрела на меня, мысленно спрашивая разрешения, и ее покорность возбудила меня еще больше.

— Иди, — я, как джентльмен, поцеловал ее руку и обратил внимание на Каролину, — к мужикам не приставать!

— Мы чуть-чуть, — с издевкой произнесла она, подмигнула мне, схватила Яну за руку и потащила к лестнице.

Мне нравилось, что Каролина взяла ее в свой оборот и не давала скучать моей девочке. Я был уверен, что моя «несостоявшаяся женушка» не натворит глупостей, поэтому, оставив Янку под ее присмотром, вышел на улицу, покурить.

Ночь была теплой. Отойдя подальше от людей, толпившихся возле входа, я достал сигарету и обхватил фильтр губами. Рыская по карманам в поисках зажигалки, я увидел, что ко мне направляется Инга. Весь вечер она сверлила меня своим гневным взглядом, и, видимо, ждала, когда я останусь наедине.

Она достала из сумочки зажигалку, чиркнула ей пару раз и поднесла струящееся пламя к моему лицу.

— Привет, Егор, — томным голосом произнесла она и игриво улыбнулась. — Тебе очень идет эта рубашка! Ты в ней такой сексуальный!

Я опустил голову вниз, осматривая темно-синюю хлопковую ткань. Янка откопала эту рубашку в моем шкафу, когда я сказал, что пойду в обычной футболке, но увидев свой образ в зеркале, ни разу не пожалел, что доверился ее вкусу.

— Ты тоже отлично выглядишь, — спокойно сказал я, выдыхая струйку серого дыма изо рта.

— Как идут дела со спором? — с интересом спросила она. — Уже затащил эту серую мышку в свою постель?

С каждым словом эта змея выплескивала на меня свой яд, который проникал в самые мелкие капилляры и безжалостно сжигал их.

— Тебе-то какое дело? — язвительно произнес я и засунул одну руку в карман брюк.

— Я соскучилась, — надув свои губы, расстроено промямлила она, намеренно коверкая свой голос.

Инга подошла ближе ко мне, не морщась от едкого дыма, попавшего в ее лицо, и повисла на моих плечах.

— Инга, — недовольно цокнул я и убрал ее руки от себя, — оставь меня в покое.

— Егор, что ты так переживаешь? — спросила она и улыбнулась, как ни в чем не бывало. — Твоя игрушка на танцполе под присмотром твоей же несостоявшейся жены, — она громко рассмеялась и замотала головой, — сколько баб ты собрал возле себя! Но ты же знаешь, что только я — твоя истинная женщина. Пойдем в наше местечко, развлечемся, никто и не заметит нашего отсутствия.

Она начинала меня изрядно подбешивать.