Распутье

Я его не смотрел, да я и забыл, когда в последний раз смотрел мультики и, полностью капитулируя, отдал победу девчонкам, о чем впоследствии ни разу не пожалел.

Перед началом нашего «семейного» сеанса, мы разожгли камин, налили себе с Яной по бокалу красного вина, мелкой естественно — сока, и рассредоточились по комнате. Я сидел на полу, опираясь спиной о диван, на котором прилегла Яна, а Катя в силу своей небольшой комплекции свернулась калачиком на кресле.

Мультфильм оказался легким, веселым и позитивным. Когда просмотр был окончен, Яна погнала скулящую от несправедливости Катю в комнату, чтобы уложить спать, а я остался в гостиной, попивая сладковато-терпкое вино и расслабляясь с каждым глотком. В доме стояла полнейшая тишина, слышался только приятный треск палений в камине, и на душе наступало неестественное спокойствие. Я привык проводить вечера в клубах и шумных компаниях, сейчас же все было иначе. Тишь да благодать!

Я даже не заметил, сколько прошло времени, когда услышал шаги на лестнице. Обернувшись, я увидел Яну и наполнил ее бокал, стоявший недалеко от меня на паркете. Она легкой поступью прошла босыми ногами по полу и села рядом со мной, принимая из моих рук фужер.

— Еле улеглась, — облегченно выдохнула она, и сделала небольшой глоток.

— Насыщенный день! — усмехнулся я, рассматривая, как по лицу Яны бегали тени от камина.

— Надеюсь, тебе с нами не было скучно, — тихо сказала она и посмотрела в мои глаза.

— На удивление нет, — четко произнес я и стукнулся своим бокалом о ее, — за вечер!

Звон хрусталя эхом пронесся по огромному дому, и Яна посмотрела на потолок, словно пыталась уловить эти приятные для ушей трели. Она с теплотой осмотрела интерьер комнаты и о чем-то задумалась, глядя как в камине беспощадный огонь поглощал сухие дрова.

— Все в порядке? — взволновано спросил я и немного наклонился к ней.

— Да, — громко выдохнула она и улыбнулась, — просто устала.

Я знал, что она соврала. Возможно, она вспомнила о родителях и затосковала.

— Хочешь, пойдем спать? — вежливо предложил я.

— Давай еще немного посидим здесь, — прошептала Яна, пододвигаясь ближе ко мне.

Я положил руку на диван, любезно приглашая ее в свои объятия и она, как ни странно, приняла мое приглашение. Она положила голову на мое плечо, а я осторожно приобнял ее, оставив свою ладонь на ее плече.

— Извини, что я нагрубил тебе в саду, — с сожалением произнес я.

— Ничего страшного, — спокойно сказала она, — я сама затронула эту неприятную для тебя тему!

Дальше возникло молчание, но оно не было угнетающим или неудобным, а, наоборот, было спокойным и умиротворенным. Так можно было сидеть бесконечно, но время неумолимо бежало вперед, бессовестно отнимая у нас возможность оставаться в таком блаженстве.