Бог располагает!

Само собой, сначала я решил, что это жандарм, и поспешил спрятаться за скалой.

Однако не слыша ничего похожего на конский топот, я осторожно высунул голову и стал наблюдать.

Неизвестная фигура приближалась. Я рассмотрел, что это женщина.

Вид у нее был растерзанный, волосы в беспорядке падали на плечи, на лице отчаяние. Она походила на бледный призрак.

— О, скорее! — прервала его Гретхен, задыхаясь от волнения.

— А, говорил же я вам, что мой рассказ в конце концов вас заинтересует! — закричал Гамба. — Теперь-то вы будете меня слушать!

Он торжествующе оглядел ее и продолжал:

— Эта женщина бежала прямо в мою сторону, но меня не заметила.

В нескольких шагах от меня она остановилась, отчаянным жестом воздела к небесам стиснутые руки, упала на колени на обочине дороги, пробормотала несколько слов, которых я не расслышал, потом закричала, бросилась вперед и исчезла.

Я быстро выпрыгнул из моей двуколки и побежал туда.

Дорога в том месте, где только что исчезла женщина, отвесно обрывалась в пропасть, которой я до того не заметил. Наклонившись, я заглянул в эту громадную разверстую бездну, и тут настал мой черед испустить крик.

Падая, несчастная не достигла дна.

— Да скорее же! Скорее! — словно сгорая в лихорадке, взмолилась Гретхен.

— Молодое крепкое дерево, выросшее в самой пропасти, на ее стене, чудом задержало ее падение.

Ее ступни зацепились за какой-то корень, спиной она пришлась прямо на ствол, одна рука застряла среди веток, голова резко откинулась назад, и все ее бедное хрупкое тело, изогнувшись, без чувств повисло над этой пастью смерти.

Спасти ее! Но как? Спрыгнуть на это дерево, как на спину коня, было бы для меня сущим пустяком. А попробуй потом выбраться из пропасти с такой ношей!

По счастью, в повозке у меня имелся канат с узлами, служивший мне для упражнений с шестом. Я полетел за канатом. Заодно прихватил и нечто вроде шарфа — вещь, тоже не лишняя при моих занятиях.

И вот что я сделал: нашел на краю пропасти крепкий корень, привязал к нему канат с узлами, зажал в правом кулаке другой его конец и смело ринулся вниз.

— Ну?! — задыхаясь, простонала Гретхен.

— Само собой разумеется, что я легко и грациозно вспрыгнул верхом на ствол дерева. Без ложной скромности должен признаться: я был доволен собой и мог по праву отметить, что мое образование оказалось не таким уж несовершенным. Тут я немного утешился насчет того, что не научен глотать ружья и штыки.

Едва оказавшись на дереве, я перво-наперво вцепился в женщину, поскольку все время боялся, как бы она не сорвалась вниз.

Потом я ее взвалил к себе на левую руку и левое плечо и основательно закрепил при помощи шарфа.

Она не оказывала ни малейшего сопротивления и повисла на мне совсем вялая, словно мертвая.