Беременна в расплату

А я собираюсь жить только ради него! И рассказывать ему о том, каким прекрасным человеком был его отец! Он должен знать об этом!

Но Динар, если ярость его и его чувства не утихнут, может пусть даже и не причит вреда ребенку, но превратить его жизнь в ад, когда он родится!

Главное решать проблемы по мере поступления.

Сейчас нам нужна безопасность. Нужно выдержать эту помолвку. А дальше…

Дальше придется что-то придумать. Так, чтобы я могла жить с малышом отдельно от Динара. И не зависеть от него ни в чем.

Наберу побольше работы. На дому. Сниму квартиру. А перед его партнерами будем делать вид, что мы пара, пока ему это будет нужно…

Вроде правильный план. Единственный подходящий в моей ситуации вариант.

Но почему роскошные платья, которые привозят, отдаются в руках диким жжением? И предчувствие такое, как будто я отправляюсь на казнь, а не для того, чтобы сыграть сейчас необходимую для безопасности роль?

* * *Бадрид.

Стакан лопает в руке сам собой, когда это вижу.

Блядь.

Мари.

Только бросаю взгляд на включенную Мороком запись, а внутри все холодеет.

Сжимается. А по всей коже проносится дикий жар. Пламя неуемное. Дикое. Бешеное.

Блядь! Как я мог столько дней без нее? Поражаюсь, как смог даже дышать! Пусть даже и без памяти!

Только теперь дыхание замирает. Замерзает в лед. Останавливается.

Нутро все пронзает током, когда смотрю, как она, в роскошном платье, такая невесомая, такая красивая, неторопливо спускается по ступеням.

Ну точно. Королева. Не иначе. Единственная.

Смотрю, а перед глазами совсем другие картинки.

Тело ее, трепещущее, под руками чувствую. Всю ее дрожь. Такую сладкую. Такую сумасшедшую. Которая и у меня внутри все моторы заводит. Разгоняет их до грани раскаленного вулкана. Который вспыхнет в любой момент.

Уже кипит. Уже искрит. Уже кожу плавится заставляет!

Все пролетает перед глазами. Все.

Каждый миг с ней. Каждый ее вздох из сочных, полураскрытых губ! Каждый толчок внутри ее тела и дикий отклик, что разливается внутри. Выдирает нити, которые на моторе, что сердцем называют, крепятся. Заставляют трястись, как изголодавшегося, трястись и знать, что эта лихорадка по ней… Она будет всегда.

И всегда Всегда мне будет ее мало! Сколько бы ни было этих ночей!

И снова тепло проносится по венам.

Тогда, в последний раз… Она была другой…

Все той же, но при этом… Какой-то более нежной… И более страстной.

Дикая. Сумасшедшая. Адская смесь. Которая взрывает каждую каплю крови!

Моя! Моя Мари! Я не то, что без памяти! Я бы и без глаз и без рук ее бы почувствовал! Ощутил бы! От одного ее дыхания, которое узнал бы из миллиардов, ноздри начинают раздуваться, а внутри все бьется так, что проломит ребра! Потому что сердце сразу летит к ней. Узнает свое. Узнает без слов. Знает лучше, чем я сам знаю!

И член тоже, чего скрывать.