Беременна в расплату

Да и сколько их здесь? Всего-то ничего!

А тот… Тот, с кем она сюда приехала…

Из горла само по себе вырывается рычание.

Тот еще заплатит за то, что прикоснуться к ней смел!

Кто он ей?

Муж? Жених? Невинной мое видение не было!

Значит, муж, — понимаю, сдавливая челюсти до хруста.

Но это хрень. Это временно и в прошлом. Потому что она теперь МОЯ!!!!

Набрасываю раскиданную по завалам одежду.

Сразу по гостиницам нельзя.

Всполоснуться хотя бы нужно. В порядок себя привести.

Потому что… Потому что ведь я больше не вернусь обратно. К черту Анхеля, пустыню и бои!

Я здесь прозябал, пока смысла не было. А теперь свой смысл нашел! Нашел и уже не выпущу из рук!

Попрощаться, пожалуй, надо бы. И Ания…

Черт.

Воспоминание о девчонке сводит скулы.

Как от кислого яблока.

Жаль ее. Но не моя она. Ей другое надо искать. Свое найти.

А все же Ания зла мне не сделала.

И я не ушлепок последний, чтоб вот так… Попользоваться, наобещать и свалить.

Анию заберу. Увезу на хрен отсюда. Денег дам на первое время. А там пусть справляется сама. Или возвращается к отцу, если решит, что лучше под крылышком пусть и немилого, но мужа, что даст безопасность и небедную жизнь.

Это уж ей решать. Самой.

Но я слово дал. И слово свое исполню!

Впервые рассвет кажтеся мне по-настоящему светлым.

Твою мать! Ни за что не поверил бы, но мне реально. Хочется улыбаться!

И я хохочу, задирая голову к самому солнцу.

Оно есть. Оно, блядь, есть! И не только для того, чтобы палить и обжигать, сдирая кожу для мяса!

Ускоряюсь. Надо быстрей решить вопросы с Анхелем и девчонкой.

Но что это?

Твою ж мать!

Впереди раздается грохот.

Вся гребаная пустыня трясется так, что уходит из-под ног.

Почти валюсь, но несусь вперед.

Туда, откуда доносится гарь и видны вздымающиеся прямо к этому проклятому небу, языки пламени!

И новый взрыв. Сотрясает. Опрокидывает навзничь на землю.

Не видно уже ни хера. Чертов песок ослепляет.

Рыча, поднимаюсь.

Горло раздирает от гари.

Несусь, несусь вперед!"

"И замираю на миг, как вкопанный.

Дома Анхеля больше нет.

Только ошметки от него остались!

— Ания!

Ору, носясь по все еще стонущему, взрываюшемуся зданию.

— Ания! Анхель!

Мечусь, как безумный.

И, блядь, нахожу!

Нахожу, но лишь одни ошметки!

Их не осталось. Обрывки тел разнесло по всему, на хрен, двору!

Новый взрыв почти оглушает. Отшвыривает меня самого подальше.

А я падаю на колени и ору.

Ору так, что перекрываю эти страшные звуки смерти!

Их тела. Тех, кто спас мне жизхнь! А я… Я в ответ не смог!

— Ааааааааааааа!

Мой дикий крик сотрясает небо!

Я вижу. Я вижу все. Все проносится в один миг перед глазами!

С того самого дня, когда ворвался в горящий дом, чтобы вытащить ЕЕ.

И дальше.

Спираль памяти будто откручивается в разные стороны одновременно.

В прошлое, к тому самому мигу, как увидел ее в саду.