Расписной

И потом, могут спросить: что делал Волк в Москве и зачем ему паспорта? Значит, надо продумать эти вопросы… Ясно, что без продолжения эта история не останется.

Продолжение наступило сразу после отбоя. Вольф привычно натянул на голову одеяло, создавая свой индивидуальный ночной мир, когда кто-то тронул его за плечо. В полумраке над ним блестели вытаращенные глаза человека-лягушки. То ли Якушев, то ли Васьков – Вольф их путал.

– Тебя зовут, – человек-лягушка указал в сторону «авторитетного угла».

– Кто зовет?

– Общество. Ну, правление.

Сразу поняв, в чем дело, Вольф изобразил широкий зевок.

– Ладно, иди, я сейчас.

Это был тактический прием. Одно дело, когда тебя ведут на разборку вроде как под конвоем, другое – когда приходишь сам, честно и добровольно. Мелочь, конечно. Но вся жизнь состоит из мелочей. Особенно в тюрьме.

Иоганн Фогель сидел посередине, по левую руку от него горбился Волосюк, по правую вытянулся, будто проглотив аршин, Эйно Вялло. Рядом на табуретках устроились антисоветчик Азаров, скопец Коныхин и Шалва Парцвания. Чуть в стороне стоял готовый делать предъяву Хмурый.

Не обращая на него внимания, Вольф поздоровался:

– Приветствую почтенное общество! Оказывается, и у вас блаткомитет есть!

– Что есть? – не понял Фогель.

– Блаткомитет, – Вольф обвел рукой собравшихся.

– Не говори таких слов, Вольдемар, – Иоганн недовольно поморщился. – Никаких блатных здесь нет. Это правление, совет. У одного из наших товарищей есть к тебе претензии.

Фогель указал на Хмурого.

– У него?! Ко мне?! – У Вольфа от возмущения даже дух перехватило. – Да какой он товарищ: это же крыса! У нас с ним дела были, так заманил, гад, на чердак, привел здоровенного жлоба, как два шкафа, отобрали у меня бабки и хотели грохнуть! Не так, что ли?! И у тебя, сука, ко мне претензии?!

Хмурый немного смутился:"

"– Это не я, это Висюк… Он деньги отбирал. А потом вы меня отбуцкали, ребро сломали, за малым не замочили! Так что в этом мы квиты!

Вор приободрился и пошел в атаку:

– А вот скажи, зачем ты паспорта покупал, особенно забугорные? И что у тебя за пушка была шпионская?

– Глохни, крыса! С тобой западло базарить! Не знаю, как у вас, а в путевой зоне крысу под шконкой прогоняют – и в «шерсть»!

– Не командуй здесь, Вольф, у нас тут своих командиров хватает, – степенно сказал Коныхин, поглаживая подбородок. Жест напоминал о том, что на воле он носил старообрядческую бороду. Лицо у скопца было суровым, от него исходила мощная энергетическая волна, характерная для решительных и волевых людей. – Сейчас не о нем речь. Зачем тебе паспорта? Какой такой особенный пистолет при себе носил? Ответь обществу по порядку.